Медитация на восприятии. Десять исцеляющих практик для развития внимательности

● Удалившись от чувственных наслаждений и неблагих состояний ума, мы входим в первую джхану и пребываем в ней. Первая джхана – это прекрасное, приятное ощущение, возникающее вследствие обуздания негативных состояний ума. Мы способны «погрузиться» в предмет медитации, такой как любящая доброта, с приложением мысли и устойчивостью мысли и испытать радость и счастье, рождающиеся в таком удалении. Восприятия желания чувственных наслаждений, ненависти, беспокойности и тревоги, лености и апатии, а также сомнения отбрасываются благодаря тренировке, и в уме возникает новое восприятие наслаждения.

● Во второй джхане мы отпускаем применение мысли и устойчивость мысли, и ум успокаивается. Это состояние характеризуется внутренней уверенностью и единообразием ума и наполнено радостью и блаженством, рождающимися из сосредоточения. В это время истинное и тонкое восприятие радости и счастья, рождённые из уединения в первой джхане, исчезают благодаря тренировке, и, также благодаря тренировке, возникает новое, истинное и тонкое восприятие радости и блаженства.

● В третьей джхане радость исчезает, и мы переживаем чистую внимательность в сочетании с равностностью или уравновешенностью ума. Ум становится ясным, его различающая способность усиливается.

● В четвёртой джхане мы не испытываем ни удовольствия, ни боли, ни счастья, ни страдания. Ум пронизывает истинное и тонкое восприятие равностности и внимательности. Здесь Восьмеричный благородный путь сужается до последнего шага, правильного сосредоточения. Это мощное сосредоточение воспринимает непостоянство, страдание и отсутствие собственного «я» в пяти совокупностях, а также постигает истину без мыслей и слов. Такие концепции, как «я», «моё» и «я есть», исчезают, и на их место приходят прозрение и умиротворение. Ум становится светоносным, чистым, ярким и незагрязнённым.

Четвёртая джхана радикально меняет наше восприятие. По мере того, как ум становится всё чище, восприятие начинает достигать своего предела. Хотя приятные, неприятные и нейтральные чувства по-прежнему могут возникать в результате контакта между умом и ментальными объектами, знание об этих чувствах не сопряжено с цеплянием, отвращением или неведением. Мы просто знаем о приятных чувствах, неприятных чувствах и нейтральных чувствах, одновременно понимая, что когда контакт с ментальным объектом, вызвавшим это чувство, прекратится, соответствующее ему чувство также угаснет и прекратится.

Ум пребывает в состоянии равностности, не цепляясь за приятные восприятия, не отталкивая неприятные и не игнорируя нейтральные. Мы глубоко понимаем, что все восприятия и вызывающие их появление объекты непостоянны, что их не удержать, что в них нет никакого наслаждения, что их не оттолкнуть, что в них нет ничего отвратительного, а также, что нам нечего игнорировать. Ум уподобляется чистому золоту, он очищен, ярок, послушен, податлив и лучезарен. В «Дхатувибхага-сутте» Будда описал это состояние так:

«Представьте, бхиккху, что искусный ювелир и его ученик должны подготовить горн, разогреть тигель, взять щипцами немного золота и положить его в тигель. Время от времени ювелир будет дуть на золото, время от времени – опрыскивать его водой, время от времени – просто следить за ним. Золото очистится, затем хорошо очистится, затем полностью очистится, станет безупречным, без примесей, послушным, податливым и лучезарным. Тогда, если ювелир пожелает сделать из него какое-либо украшение, будь то золотая цепь, серьги, ожерелье или золотая гирлянда, золото послужит ему. Так же, бхиккху, [ум], где остаётся лишь равностность, очищен и ярок, послушен, податлив и светоносен».

(пер. Бхиккху Бодхи)