Мегатех. Технологии и общество 2050 года в прогнозах ученых и писателей

В существующих технологиях уже имеются первые предвестники дополненной реальности. Пилоты в течение многих лет используют дисплеи, проецирующие данные на стекло летного шлема. Подобные проекторы для лобовых стекол все чаще встречаются в автомобилях. Но это самая примитивная форма дополненной реальности. Немного более продвинутая версия — очки Google Glass, отображающие информацию на своих стеклах. Правда, там виден только небольшой прямоугольный экран, ненамного лучше дисплея в смартфоне. Magic Leap, ревностно оберегающий свои тайны стартап из Флориды, пошел еще дальше: его технология показывает 3D-объекты, имеющие какое-то отношение к окружающим их предметам. Есть еще одна новинка, например, на реальный мир вместо полезной информации накладывается модель Солнечной системы. Именно это делает дополненную реальность сложнее, чем виртуальная: очки должны не только отображать данные, но также разметить и изучить физический мир, оценивать глубину и расстояние, сжимать и перерабатывать информацию для того, чтобы определить, куда направлены очки, и расположить все предметы там, где они действительно находятся.

К 2050 году это станет нормой. В развитых обществах очки дополненной реальности заменят смартфоны у всех, кроме самых отъявленных технофобов. Маршруты больше не будут отображаться в виде синих линий на плоских экранах смартфонов, вместо этого они будут нарисованы прямо поверх ближайших улиц. Меню ресторана станет ненужным: пройдите мимо кафе, и на экране очков появится все, что вам здесь могут предложить. Разговоры с иностранцами будут синхронно переводиться. Сантехники останутся без работы, поскольку подробные визуальные инструкции по прочистке засоренной раковины будут выводиться поверх нее. Автобусам не нужно будет отображать информацию: ваши очки покажут вам номер, остановки, маршрут и ожидаемое время прибытия на языке по вашему выбору. Вы больше никогда не забудете имя, равно как и все остальное, что вы знаете о человеке, с которым вы разговариваете, поскольку вся информация о нем будет мигать на экране очков. Магазинам больше не будут нужны вывески. Муниципальные органы смогут убрать дорожную разметку и знаки, портящие вид города.

Визуальный хаос начала XXI века будет заменен девственной средой, в которой мы будем видеть лишь то, что нам нужно — и ничего больше. Мы также сможем решить, какой степени близости к реальности хотим добиться. Самого полного? Или как можно меньшего? При желании мы могли бы целыми днями бродить по своему городу, который бы выглядел таким, каким он был в XIV веке, при этом оставаясь человеком XXI века. Так же как нет двух одинаковых смартфонов и у каждого пользователя имеется свой набор приложений, ярлыков и контактов, так и окружающий мир для каждого из нас будет выглядеть по-разному.

Если это звучит надуманно, представьте себе, что многие газеты перестанут издаваться в виде печатных изданий, лондонские автобусы — принимать к оплате наличные, а по улицам будут ездить такси без внешних опознавательных знаков, эти машины можно будет вызвать только с помощью специального приложения (и они будут недоступны для тех, у кого нет смартфона). И вспомните, что все это произошло в течение десятилетия после выпуска первого iPhone.

Почему теперь все будет иначе

Появление виртуальной реальности предсказывалось минимум четверть века назад. Последняя волна возбуждения по этому поводу — в значительной степени спровоцированная покупкой компанией Facebook связанного с виртуальной реальностью стартапа Oculus в 2014 году за 2 млрд долларов, — напоминает оптимизм начала 1990-х. Но есть основания полагать, что на этот раз все будет иначе.

Во-первых, сегодня компьютерами пользуются в разы больше людей. Соответственно, выросло и число людей, готовых купить самую новую разработку. Во-вторых, ее стоимость невелика. Если в 1990 году прототип гарнитуры с виртуальной реальностью стоил почти 10 тысяч долларов, то в 2016-м Oculus Rift — 599. Менее чем за 10 лет цена, скорее всего, упадет на порядок. Таким образом, к 2050 году девайс окажется достаточно дешевым, чтобы распространиться по всему миру, а не остаться привилегией лишь богатых стран. В-третьих, виртуальная больше не является областью, понятной только энтузиастам из Кремниевой долины — она стала технологией, контент для которой готовят все крупные развлекательные компании. Все больше и больше кинофестивалей предусматривают номинацию «Виртуальная реальность». Производители видеоигр выпускают игры в ней. В начале 1990-х руководители студий только начинали осваивать новые технологии. «Куда спешить? — спрашивали они, — вспоминает Ник Демартино, в свое время возглавлявший технологическую студию в Американском институте киноискусства. — А сегодня они уже боятся не поспеть за прогрессом».