Механизм преступного насилия

В результате насилие возрастает, а государство не в силах с ним справиться. Сам реестр регулируемых уголовным правом отношений радикально не менялся, а набор уголовно-правовых и пенитенциарных средств даже сузился, причем их активность и эффективность снизились[309].

В данной работе не представляется целесообразным подвергать отдельному анализу точки зрения различных исследователей по двум основным причинам. Первая заключается в том, что каждый автор в заданных своим исследованием границах прав. Вторая причина, наиболее важная и вытекающая из первой, состоит в том, что исследователями преступной насильственной преступности не в полной мере последовательно использовались при разработке теории о насильственном поведении человека и мерах его предупреждения вопросы миропонимания, мироустройства и вытекающие из них закономерности.

Вместе с тем, поскольку автором не делается открытий в вопросах устройства мира, в данном параграфе приводятся точки зрения исследователей, с которыми наши позиции по определенным аспектам проблемы совпадают и могут иметь криминологическое и уголовно-правовое значение. Такой подход представляется необходимым для полноты раскрытия проблемы преступного насилия в обществе.

Как указывают В. М. Анисимков, С. А. Капункин и М. С. Рыбак, в настоящее время весьма наблюдается все больший отход от абсолютизации диалектического метода в сторону генетического, сравнительно-логического, структурно-функционального и т. д.[310] В. П. Кохановский обращает внимание на недопустимость игнорирования принципа историзма, выражающего саморазвитие действительности во времени[311].

Все причины правонарушений, отмечает А. Л. Могилевский, следует искать в сфере сознания[312]. А. В. Грошев указывает на существенную роль правосознания в механизме правового регулирования, которой в теории уделяется недостаточно внимания[313]. В. Н. Кудрявцев обращает внимание на то, что особую роль в поведенческой ориентации играет мировоззренческая позиция человека[314], а А. И. Чучаев отмечает, что поведение личности зависит от его внутреннего состояния и адекватно его знаниям[315]. Внутренняя напряженность индивида нередко обращается во внешнее насилие. Освободиться от присущих этому комплексов без внутренней трансформации человека, считает Л. В. Кондратюк, невозможно[316].

Одним из важных аспектов поведения человека и его ответственности считается свобода деяния, отсутствие которой действующее законодательство относит к обстоятельствам, исключающим преступность деяния. Но, как отмечается, вопросы свободы воли личности до настоящего времени являются для многих исследователей камнем преткновения[317]. Эта проблема рассматривалась с различных позиций не только в теории уголовного права и криминологии, но и в философии, психологии, социологии, религии, поэзии и т. д., нередко порождая больше вопросов, чем ответов.

Кроме того, исследования производились в различных областях знаний и потому страдают разрозненностью. Отсутствует системное разрешение проблемы и в зарубежных криминологических теориях. Неразрешение этого вопроса, собственно, и определяет проблему насилия. С. С. Алексеев указывает такой тревожный факт, как «падение» (или «потеря») права в практических делах и общественном мнении – его бессилие перед реальностью и упадок престижа[318]. Вполне закономерным является то, что современное положение общества, как отмечает исследователь, является катастрофичным, чему прямо способствовало создание «некоего искусственного, нежизнеспособного, уродливого, лживого организма в гигантской по масштабу стране»[319].

При этом исследователь отмечает, что историческая предназначенность позитивного права как в действительной реализации свободы человека, так и в преодолении произвола и насилия[320]. Важности ориентирования научных исследований на личность подчеркивала Л. А. Морозова[321]. В. Г. Павлов обращает внимание на то, что, несмотря на наличие разработок по различным теоретическим и методологическим проблемам уголовного права, достижения по исследованию личности субъекта преступления, непосредственно определяющей его поведение, не столь впечатляющи[322]. Г. 3. Анашкин и И. М. Гальперин обращали внимание на важность взаимосвязи теории и практики[323]. Упрощенный подход к исследованию существующих связей и закономерностей окружающего нас мира и сущности человека не может не отразиться на установлении истины[324].

Тем самым ставится под сомнение вопрос реализации в уголовном праве, в частности, принципов вины и справедливости, разрешение которого, по обоснованному утверждению Д. А. Керимова, невозможно без тщательного, глубокого и всестороннего изучения регулируемых общественных отношений[325]. Отсутствие справедливости в обществе является основной причиной, способствующей новому циклу насилия.