Мелани Кляйн в истории психоанализа

Вышедшие в начале 30–х годов работы Кляйн, которые представляли собой новаторский и очень необычный психоаналитический подход к проблемам психотических пациентов, привлекли на ее сторону группу врачей. Многие из них стали проходить обучающий анализ у Кляйн. Среди них были У.К.М. Скотт, Дж. Боулби, Д.В. Винникотт. Новые сотрудники были высококлассными медиками, имели безупречную врачебную репутацию и пользовались большим влиянием в своих профессиональных кругах, что было чрезвычайно полезно для Кляйн. Вне всякого сомнения, в ходе общения и сотрудничества с этими людьми Кляйн приобрела новые знания, необходимые для понимания шизоидных механизмов — расщепления, проекции, интроекции и проективной идентификации

. Тем не менее большинство из этих новых последователей покинуло ее группу вскоре после прибытия в Лондон А. Фрейд, а некоторые так и не стали ее полноценными участниками.

Вскоре после войны вокруг Кляйн собралась новая группа, состоявшая из недавно прибывших в Британию Мелани Кляйн в истории психоанализа молодых врачей, многие из которых не занимались психоанализом ранее. Эту группу принято считать вторым поколением кляйнианских аналитиков, среди которых особенно ярко выделялись Ханна Сигал, X. Розенфельд и Вилфред Бион. Именно они, при твердой и авторитетной поддержке со стороны Роджера Мани–Кёрла и Дональда Мельцера, дали новый толчок развитию кляйнианской мысли, почти полностью базировавшийся на расширении и углублении концепции проективной идентификации

. Со временем образ «кляйнианского психоаналитика» стал пользоваться широким и прочным авторитетом, и многие люди приезжали из других стран для прохождения психоаналитической подготовки в Британию. Впоследствии кляйнианский подход получил особое распространение в Италии и странах Латинской Америки, а после нескольких визитов В.Р. Биона в США и там оформилась небольшая группа кляйниански ориентированных психоаналитиков.

Теоретические расхождения между психоаналитической теорией Мелани Кляйн и эго–психологией, у истоков которой стояли Анна Фрейд, X. Хартманн и Д. Рапапорт, сосредоточились в итоге вокруг нескольких принципиальных положений[5]

.

1) Первый год жизни ребенка и первичный нарциссизм

Представление эго–психологов о том, что объектные отношения не существуют с момента рождения, базируется на положении теории Фрейда и, в частности, на работе «О нарциссизме: Введение» (1914). Эти представления подкреплялись экспериментальными исследованиями Р.А. Шпица (1950) и М.С. Малер (1975), развивавшими представления об объектных отношениях в русле традиции эго–психологии. В чистом виде эта концепция вызывает сегодня сомнения даже в стане ортодоксальных эго–психологов. Кроме того, вытекающее из нее положение об отсутствии феномена переноса в детском психоанализе было отвергнуто и самой А. Фрейд в своих поздних работах.

Верность фрейдовской теории первичного нарциссизма стала причиной принципиального неприятия эго–психологами исследования М. Кляйн ранних форм объектных отношений. Эго–психология не допускала возможности того, что ребенок способен преодолевать границы Эго, устанавливать отношения с объектами и проводить различие между «хорошими» и «плохими» объектами. Ее приверженцы утверждают, что способность фантазировать появляется у ребенка только на 6—9 месяце жизни [16]. Подобные разногласия имеют огромное значение, поскольку эго–психологи тем самым отвергают кляйнианскую концепцию примитивных механизмов защиты, действующих в течение первых шести месяцев жизни, полагая, что Эго просто не существует на этой стадии.

2) Место и роль деструктивности

Представители эго–психологии выступают с резкой и настойчивой критикой использования концепции влечения смерти в работе с клиническим материалом. М. Кляйн стала одной из немногих психоаналитиков, поддержавших фрейдовскую идею влечения смерти. Среди других аналитических направлений, разрабатывающих данное положение теории Фрейда, можно назвать, пожалуй, только структурный психоанализ Ж. Лакана. За вычетом этих двух школ и нескольких отдельных исследований (например, К.А. Меннингера), концепцию влечения смерти можно назвать самой непопулярной среди аналитиков идеей Зигмунда Фрейда. Для последователей Кляйн данная концепция стала основой понимания действия персекуторной и депрессивной тревог в раннем младенчестве и функционирование таких примитивных защитных механизмов, как проекция, интроекция, расщепление и проективная идентификация. В клиническом отношении внимание к внутренним источникам агрессии, а также к ее проявлениям в переносе, позволило разработать специфические техники интерпретации, приобретающие особое значение в работе с пациентами с психотическими и пограничными (borderline) расстройствами.

3) Адаптация или интеграция в терапии