Мертвые тоже скачут

Я села, думая о том, как это все нелепо. Два незнакомых человека, один из которых живой лишь наполовину, едят из пустых тарелок (мне вспомнились Бред Питт и Том Круз в «Интервью с вампиром»), сидя за столом чужого им обоим дома, в освещении сотни свечей, несмотря на исправную проводку. Что ж, средневековый прикид Валерия сюда подходил как нельзя лучше.

– Итак, тост. – Мертвицин не потрудился встать. Видимо, мой день рождения – не самый важный для него повод. Вообще говоря, для меня тоже. Я даже, если вы помните, не собиралась его отмечать. Странно… Еще полтора дня назад я находилась дома в полной уверенности, что встречу этот день в одиночестве, в привычной обыденной обстановке, и думать не могла, что что-то может измениться. Поверила бы я, если б мне тогда рассказали мое ближайшее будущее? Вряд ли. – За вас. Будьте счастливы.

– Лаконично, – хмыкнула я. Отпила два глотка, поставила бокал на стол и только тут увидела, что мой гость даже не пригубил. Он поднес бокал ко рту, едва-едва наклонил его, но когда жидкость уже готова была коснуться губ, он отнял руку и поставил бокал. – Оригинально вы вино пьете, – не удержалась я от комментария.

– Не люблю белое. Но другого здесь не нашел. Вот красное – совсем иное дело. Цвет крови – яркий. Горячий. – И, глядя мне в глаза, с хрипотцой в голосе добавил: – Страстный.

Ишь ты как запел…

– А я как раз белое люблю. Оно легче пьется.

– Я знаю.

На первый взгляд, его ответ был совсем не примечательным, так как относился ко второй сказанной мной фразе. Просто он так сказал это «я знаю», словно речь шла о знании… меня. Но это белиберда, откуда он может меня знать? Нет, он наверняка имел в виду свое знание о том, что белое пьется легче красного, только и всего. А я и рада себе напридумывать всякого… дурного.

– А что для вас – счастье? – нужно было начать разговор, чтобы перестать думать о чертовщине. Философские темы как нельзя более соответствовали обстановке. – Раз уж пожелали, извольте пояснить.

– Пожелал на свою голову… – сделал Валера попытку пошутить, и я хихикнула. Но не для того, чтобы его поощрить или не обидеть, а потому что мне действительно это казалось забавным в тот момент. – Счастье – это найти в чужом доме красное вино, а не белое.

– Нет, вы спутали, это удачливость.

– Даже если так, то я ее лишен, – развел он руками.

– Вы ушли от темы, – наигранно посуровела я. Я поймала себя на том, что начала с ним заигрывать. С ума я, что ль, скатилась? Или с катушек спятила? Однако теперь я окончательно разглядела, что мужчина был откровенно красивым. И загадочным. И одновременно похожим на персонажа страшных книг. Если приплюсовать то, что мы были в доме совершенно одни и организовали для себя такое незауряднейшее застолье, какого, готова поклясться, не было еще ни у кого в мире, то о том, чтобы остаться равнодушной к этому кадру, можно было только мечтать.

– Ах, ну да, счастье… Знаете, Генри Дэвид Торо сказал: «Люди обыкновенно не столько радуются тому, что им дано, сколько горюют о том, чего им не дано». Он был дьявольски прав. Так вот, счастье, пожалуй, это когда ты начинаешь замечать то, что у тебя есть (а есть, как правило, не мало), а не гоняться за чем-то несбыточным, кляня судьбу и рискуя потерять все, чем обладаешь на данный момент. – Я помолчала, обдумывая услышанное. – А вы, Екатерина? Что представляет собой счастье для вас?

– Для меня счастье заключается не в отсутствии плохого, а в присутствии хорошего, – мгновенно ответила я, так как часто задумывалась над этим дискуссионным вопросом и в моей голове давно сформировался мало-мальски пригодный ответ.

– Но плохого без хорошего не бывает, – возразил он, заставив меня задуматься над его словами. Я отпила еще глоток, чтобы извилины активнее шевелились. «А ведь он прав, блин!» – осознала я через десять минут. – Но я не хотел сказать, что счастье – это отсутствие плохого. Просто-напросто было бы здорово, если бы, просыпаясь, человек каждое утро говорил себе: «У меня есть семья. Родители, дети, любимый человек (в зависимости от конкретного случая список может варьироваться, но я буду говорить абстрактно). Они живы и здоровы, и это замечательно. У нас прекрасные отношения, и это замечательно. Я проснулся сегодня, в этот чудесный погожий день – и это замечательно. Я здоров, пускай у меня часто побаливает спина, ежегодно болею гриппом, зрение уже не то, что прежде (далее каждый перечисляет свои собственные болячки), но я могу ходить, слышать, видеть, осязать, обонять, есть и обслуживать себя самостоятельно – и это замечательно. Я жив – и это замечательно». Многие были бы счастливы при таком раскладе, как считаешь? Глядя на тех, кто впереди тебя, неплохо было бы почаще оглядываться назад, на тех, кто лишен чего-то, что имеешь ты.

– Да, это интересная жизненная позиция. И ты ее придерживаешься? – Надо же, перешла на «ты» и сама не заметила. Очевидно, меня так сильно поразил его спич. Особенно эти слова «я жив – и это замечательно». Что-то в них таилось, неизведанное пока для меня.