Мертвый лев: Посмертная биография Дарвина и его идей

Взгляды Геккеля на происхождение и классификацию рода человеческого даже на общем фоне той эпохи выглядят крайне расистскими. Он не раз менял свое мнение по этому вопросу, но в конце концов решил разделить все известное ему человечество на 12 отдельных видов (даже не рас){229}, имевших единого предка, жившего некогда на гипотетическом материке Лемурии{230}, погрузившемся позднее в воды Индийского океана. (Отличный образец неуемной геккелевской фантазии, не подкрепленной строгими научными фактами, за что его, собственно, и критиковали!) Геккель выстроил все эти виды в шеренгу по степени их «совершенства», от «благородных европеоидов» до «примитивнейших из примитивных» – папуасов и австралийских аборигенов, ниже которых, по его мнению, находился только реконструированный им «питекантропус алалус» (рис. 5.4).

Интересно, что живые папуасы в Европе были тогда редчайшей диковиной, и современные историки сомневаются в том, что Геккель мог лично видеть и тем более изучать хотя бы одного представителя этой расы{231}. Он судил о ее свойствах исключительно по рассказам путешественников, часто очень предвзятым и недостоверным. Так, Геккель был убежден, что папуасы Новой Гвинеи лишены дара абстрактно мыслить и потому абсолютно неспособны к цивилизованному образу жизни. Ничего личного! Просто они находятся на более ранней по сравнению с «высшими» людьми стадии развития, их мозг в эволюционном смысле недоразвит. И примечательно, что Геккеля посрамил его же собственный ученик – русский зоолог и этнограф Николай Миклухо-Маклай. Он отправился на северное побережье Новой Гвинеи, где установил тесный контакт с туземцами и доказал, что с абстрактным мышлением у них все в порядке – не хуже, во всяком случае, чем у других, более цивилизованных, народностей. Это был совершенно «чистый» этнографический эксперимент, потому что папуасские друзья Маклая до встречи с ним никогда не общались с европейцами и сохранили традиционный неолитический образ жизни, не зная внешних влияний. Да, они жили в каменном веке, но не потому, что «от природы» неспособны к культурному развитию. Причины их отставания должна выяснять не биология, а история{232}.

Рис. 5.4. Еще один рисунок из геккелевской «Естественной истории творения». Полный ряд непрерывных форм связывает Аполлона Бельведерского (1) с обезьяной мандрилом (12). Рисунки 2–6 иллюстрируют современные расы человека (кроме европеоидов). Номер 6 – это тасманийский абориген, за которым сразу же следуют горилла (7) и шимпанзе (8)

Расисты и доднесь не перевелись на грешной земле, но давно превратились в маргиналов, которых в приличном научном журнале и на порог не пустят. Будем, однако, справедливы. Расистские взгляды Геккеля и других эволюционистов той эпохи были порождены не только их европоцентризмом, но и логикой защищаемой ими теории. Сегодняшний любознательный читатель найдет в научно-популярных изданиях разветвленные генеалогии человеческого рода, протянувшиеся назад в прошлое на несколько миллионов лет и связывающие современных Homo sapiens c их отдаленными предками безукоризненно обезьяньего облика. Во времена Геккеля родословная человека была известна очень плохо. Обнаруженный в 1856 г. неандертальский человек казался сомнительным: сам Томас Хаксли, великий и ужасный, вынужденно признавал, что он не сильно отличается от человека современного типа и очень далек от человекообразных обезьян. Некоторые антропологи склонны были считать неандертальца уродливым «вырожденцем», деградировавшим представителем нашего собственного вида. Всех остальных наших родственников, относящихся к роду Homo, еще только предстояло открыть. Зоологи знали всех ныне живущих человекообразных обезьян, кроме карликового шимпанзе, открытого в 1929 г., но их отличия от человека достаточно велики. Вот для того, чтобы связать Homo sapiens родством с шимпанзе и гориллой, как того требовала теория Дарвина, Геккелю и понадобился гипотетический обезьяночеловек-«алалус», подающий руку (или пока еще лапу?) австралийцам и папуасам. Далее цепь рукопожатий идет через негров и краснокожих вплоть до «венца эволюции» в образе прекрасноликого арийца. Нынешние расы людей, по мнению Геккеля, – это просто разные стадии эволюционного процесса, сосуществующие (до поры до времени) на белом свете. В будущем, разумеется, все низшие племена будут уничтожены белыми народами, возможно, при участии самых «прогрессивных» из монголоидов. С этим соглашались и Дарвин, и Хаксли, и некоторые другие выдающиеся биологи, например Илья Мечников в России{233}.