Мертвый лев: Посмертная биография Дарвина и его идей

Добавлю, что естественный отбор потому и назван естественным, что у него нет никакого «автора» или разумного исполнителя. Он безличен и протекает подобно другим природным процессам, за которыми не стоит ничья воля – добрая или злая. Он подобен земному притяжению, дрейфу континентов или образованию морозных узоров на стеклах, со сложностью и прихотливостью которых едва ли могут соперничать работы художников.

?

Дарвин медлил, сознательно медлил с опубликованием своей теории. Похоже, он бы не возражал, если бы она была обнародована после его смерти, и даже распорядился на этот счет в своем завещании. Однако под влиянием друзей, которые знали о его работе и понимали ее цену, в 1856 г. он все-таки приступил к написанию специальной книги об эволюции. Несмотря на одолевавшие его приступы хронической болезни, рукопись росла в объеме и спустя два года перевалила за тысячу страниц. Этот огромный трактат, который назывался «Естественный отбор», так никогда и не был окончен. Снова вмешался удивительный и непредсказуемый случай.

В начале июня 1858 г. Дарвину пришло письмо от младшего коллеги, натуралиста Альфреда Рассела Уоллеса (рис. 2.2), который находился тогда в длительной экспедиции по Малайскому архипелагу. Они не были знакомы лично, но до этого изредка переписывались, и Уоллес в общих чертах знал, что Дарвин интересуется эволюционной проблематикой. Письмо содержало рукопись Уоллеса, озаглавленную «О тенденции разновидностей к неограниченному уклонению от своего типа». Автор спрашивал у Дарвина совета относительно своего сочинения и просил содействия в его опубликовании{86}.

Как вспоминал потом Дарвин, он был потрясен. Уоллес совершенно независимо от него пришел к идее естественного отбора, причем излагал ее в таких выражениях, как будто имел возможность прочитать сокровенную дарвиновскую рукопись. Конечно, это было совпадение (но не абсолютная случайность: Уоллес, как и Дарвин, испытал на себе влияние Мальтуса, и потому их мысли текли в одном направлении). Однако Уоллес не имел такого научного задела, как Дарвин, и не работал над своим сочинением долгих два десятка лет. Идея естественного отбора (конечно, этот дарвиновский термин он не использовал, поскольку не мог о нем знать) пришла к нему в феврале 1858 г. между приступами жестокой тропической лихорадки, поразившей его на Молуккских островах. Это было поистине гениальное озарение, которое Уоллес поспешил оформить в виде небольшого научного трактата.

Что было делать Дарвину? Человек низкой души на его месте, скорее всего, уничтожил бы письмо, причем Уоллес мог никогда не узнать об этом и думать, что оно пропало по дороге. Однако Дарвин был джентльменом и о таком поступке даже не помышлял. В то же время ему не хотелось терять свой приоритет первооткрывателя, тем более что его друзья знали, что он пришел к идее естественного отбора гораздо раньше Уоллеса и вложил в ее разработку очень много труда. После совещания с коллегами было принято соломоново решение. Дарвин быстро написал короткий текст с изложением собственных взглядов на проблему, и оба сочинения, его и Уоллеса, были зачитаны на заседании лондонского Линнеевского общества. Так 1 июля 1858 г. состоялась «мировая премьера» теории естественного отбора. Одновременно были обнародованы выдержки из писем Дарвина Аза Грею, а также из черновика, написанного Дарвином еще в 1844 г., когда невольному сопернику ученого шел всего 21-й год.

Рис. 2.2. Альфред Рассел Уоллес в возрасте 30 лет

Уоллес тоже был джентльменом и, возвратившись несколько лет спустя из тропиков, полностью признал первенство Дарвина, согласившись, что его старший коллега продвинулся куда дальше, чем он. Никаких споров о приоритете между учеными не возникло, и теория естественного отбора вполне заслуженно именуется дарвинизмом, а не каким-нибудь там «дарвинизмом-уоллесизмом».

Короткая статья с изложением основ дарвинизма, опубликованная в 1858 г., была адресована специалистам-биологам, прошла сравнительно малозамеченной и сенсации не произвела. Подводя итоги этого года, президент Линнеевского общества Томас Белл заметил, что никакими революционными открытиями в науке он не ознаменовался{87}. По совету Лайеля Дарвин оставил работу над своим огромным трактатом и решил напечатать его «сокращение», которое и стало тем, что мы знаем как «Происхождение видов». «Сокращение» – это том объемом в 400 с лишним страниц в современном русском издании. На его подготовку Дарвину потребовалось всего 46 дней.