Мертвый лев: Посмертная биография Дарвина и его идей

Читая этот короткий текст, трудно отделаться от впечатления утопичности, если не наивности некоторых пожеланий. Авторы решительно отвергали всякое насилие над человеческой волей и предлагали использовать средства социального убеждения, которым государство должно сподвигнуть граждан ответственно относиться к важнейшей задаче деторождения. Людям следует объяснить, что их нравственный долг состоит не в простом производстве себе подобных – потомство должно быть как можно «лучше» (генетически). Никакой принудиловки, только осознанный выбор самих людей, соглашающихся подчиняться разумному контролю в сфере размножения.

Это стало лебединой песней классической евгеники. Бурные и страшные события середины прошлого века поставили крест на ее упованиях. Само понятие «евгеника» было полностью дискредитировано нацистскими экспериментами{295}. Однако само это направление не погибло окончательно, а лишь переродилось, сменив название и серьезно уменьшив свои амбиции. То здравое зерно, что в евгенике содержалось, в 1950-е гг. дало начало вполне уважаемой дисциплине – медицинской генетике, с которой не связано никаких негативных ассоциаций. Она занимается изучением наследственных факторов, влияющих на здоровье человека{296}. Эта наука не творит утопий о том, как улучшить род людской, и не грезит о создании сверхчеловека, совершенного и умственно, и физически. Ее главная задача – предотвратить рождение больных и уродливых детей. Во всех развитых странах созданы медико-генетические консультации, осуществляющие подобную профилактику. Но о целенаправленном «генетическом улучшении» расы или нации, воздействии на эволюцию интеллекта и/или альтруизма уже никто всерьез не говорит. Вернее, эта мечта тоже не исчезла, но в конце ХХ в. нашла себе новое воплощение в идеях генной инженерии, клонирования. Сегодня всерьез спорят о грядущем «симбиозе» человека с компьютерами, интеграции человеческого и искусственного интеллектов, пресловутом «чипировании». Обсуждать эти вещи подробно я не стану, иначе это уведет нас очень далеко от дарвиновской темы. Очевидно только, что стремление создавать утопии и грезить о несбыточном прочно входит в интеллектуальный репертуар нашего вида.

Возможно, главный урок, который преподала нам евгеника, состоит в том, что бессмысленно и даже опасно пробовать решить глубокие социальные проблемы исключительно биологическими методами. Селекция эффективна только тогда, когда селекционер находится уровнем выше отбираемых объектов. Или, как афористически выразился выдающийся генетик Н. В. Тимофеев-Ресовский, «свинья не может быть хорошим свиноводом, человек не может быть хорошим человеководом»{297}.

Menschenzuchtung, R. I. P.{298}

Глава 7«Поняли – овладели»

Советские ученые должны быть счастливы, что нас ведет вперед величайший гений человечества И. В. Сталин по пути, указанному Марксом, Энгельсом и Лениным. Творчески применив и развив диалектические принципы в биологии, растениеводстве и животноводстве, И. В. Мичурин и его верный продолжатель Т. Д. Лысенко возглавили в СССР творческий дарвинизм, который, объединив лучших представителей нашей науки, уже достиг громадных результатов в деле преобразования природы, а в самом ближайшем будущем приведет к еще более изумительным достижениям, в первую очередь в области социалистического сельского хозяйства.

П. П. САХАРОВ. НАСЛЕДОВАНИЕ ПРИОБРЕТЕННЫХ ПРИЗНАКОВ У ЖИВОТНЫХ{299}

Товарищи и граждане, не тратьте ваши звуки – среди такой всемирной бедной скуки. Стоит, как башня, наша власть науки, а прочий Вавилон из ящериц, засухи разрушен будет умною рукой. Не мы создали божий мир несчастный, но мы его устроим до конца. И будет жизнь могучей и прекрасной, и хватит всем куриного яйца! Не дремлет разум коммуниста, и рук ему никто не отведет. Напротив – он всю землю чисто в научное давление возьмет…

А. П. ПЛАТОНОВ. РОДИНА ЭЛЕКТРИЧЕСТВА