Метрополис. Город как величайшее достижение цивилизации

Успех новой волны небоскребов произвел редкостный эффект – оптимизм по поводу всего урбанистического. В книге «Метрополис завтрашнего дня» (1929) Феррис поместил собственные иллюстрации, изображающие города будущего, над которыми доминируют равномерно расставленные зиккураты в нью-йоркском стиле. Если высотки, созданные до 1916-го, угрожали хаосом, то их потомки 1920-х обещали порядок и красоту; строительные блоки нового вида метрополиса для насыщенного людьми ХХ века и ответ на проблемы человечества.

Доброкачественные отношения между улицей на земле и парящим в вышине зданием были первейшим достижением небоскребной лихорадки 1920-х. В XXI веке Гонконг и Токио можно назвать в числе городов, которые ухитряются комбинировать небоскребы с пульсирующей уличной жизнью; на уровне улицы кипит активность, там много магазинов, кафе и прочего, и все это по контрасту с мертвенной, очищенной средой других небоскребных городов.

Важность психологической связи между личностью на улице и новым башнеподобным зданием была центральным пунктом в мышлении многих архитекторов 1920-х годов. Ральф Уокер, создавший некоторые из наиболее ошеломляющих небоскребов Нью-Йорка этого десятилетия, верил, что обширные современные городские здания должны быть предметами искусства, должны не только гармонично сочетаться с ландшафтом, но и делать так, чтобы люди рядом с ними и внутри «чувствовали себя физически комфортно и ментально счастливыми». Здания, утверждал Уокер, должны служить не только собственникам и людям, кто там работает, но и тем сотням тысяч людей, которые видят их каждый день, являются своеобразной аудиторией. «Архитектор будущего, – сказал он, – должен быть психологом»[369].

Первой работой Уокера, вдохновленного рисунками Ферриса, стал Верайзон-Билдинг. Архитектор смягчил то, что в другом случае было бы суровым и массивным, множеством барельефов: усиками винограда, морскими коньками, птицами, белками и слоновьими головами. В созданном позже Вестерн-Юнион-Билдинг используется 19 различных оттенков кирпича, которые становятся все более светлыми кверху, символизируя рост. Стены между башнями небоскреба, построенного для Irving Trust Company на 1-й улице Уолл-стрит, были сделаны так, чтобы напоминать реальные занавеси[370]. Террасы, формируемые уступами, давали место для зеленых насаждений и садов. Внешняя отделка и орнаменты очеловечивали здания, делая их частью общего городского ландшафта, гражданскими обитателями улицы[371].

Уокер вкладывал столько же усилий и во внутреннюю отделку своих небоскребов, пытаясь сделать их гуманными, эмоционально обогащающими рабочими пространствами. Хилдрет Мейер, художница, работавшая над интерьерами многих небоскребов Уокера, писала: «На архитекторах, проектирующих наши здания, лежит ответственность дать нам то, что требуется, – нечто столь же красивое, сколь и эффективное». Когда работа над Ирвинг-Траст-Билдинг завершилась, Ральф Уокер заметил: «Мы все чувствуем, что создали нечто современное духовно и ментально в первую очередь, а затем уже современное физически… Этот небоскреб… единственное средство жизни… в эту эпоху машины. Это выражение и отражение эпохи»[372].

Немецкий режиссер Фриц Ланг, прибывший в Нью-Йорк в 1924-м, вынужден был остаться на ночь на корабле по приказу иммиграционных властей. Завороженный, он смотрел на город: «Здания выглядели колоссальным занавесом, колышущимся и очень легким, роскошным задником, подвешенным к темному небу, чтобы ослеплять, отвлекать и гипнотизировать… Вида Нью-Йорка хватает, чтобы служить маяком красоты в центре фильма»[373].

Ланг взял свои воспоминания о Нью-Йорке в Берлин, где с помощью ассистентов выстроил миниатюрный город. Результат в ленте «Метрополис» (1927) изумителен. Прорыв в области специальных эффектов, фильм демонстрирует нам город будущего – 2026 года, если быть точным. Эфирная красота вертикального города Ланга дополняется вулканической энергией, но поддерживается рабской армией похожих на зомби пролетариев, которые тяжело трудятся в унылом подземном городе глубоко под величественными небоскребами.

Моральный урок «Метрополиса» коренится в истории, в очень древней критике урбанистического мира; это история Вавилонской башни и Вавилона, заново рассказанная в ХХ веке. Главным аттракционом для зрителей в 1927-м, вне сомнения, был футуристический облик Нью-Йорка и продвинутые специальные эффекты. Ланг использовал старт-стопную анимацию, чтобы показать громадные небоскребы, воздушные суда, автомобили на многополосных магистралях, пересекающие небо мосты и поезда, несущиеся по виадукам между башнями.