Читаем Метрополитен Петербурга. Легенды метро, проекты, архитекторы, художники и скульпторы, станции, наземные вестибюли полностью

Бригада в это время по гипсовой модели вырубала рельефное изображение Ломоносова для новой станции метро. Вот как описывает рельеф сам Довлатов: «Ломоносов был изображен в каком-то подозрительном халате. В правой руке он держал бумажный свиток. В левой – глобус. Бумага, как я понимаю, символизировала творчество, а глобус – науку. Сам Ломоносов выглядел упитанным, женственным и неопрятным. Он был похож на свинью. В сталинские годы так изображали капиталистов».

Конечно, рассказ – это художественное произведение, в нем много вымысла и преувеличения, но история барельефа основана на реальных событиях. В рассказе фамилия скульптора, у которого работает будущий писатель, Чудновский. На самом деле его звали Левон Константинович Лазарев (1928–2004), об этом можно узнать из статьи архитектора А. Гецкина, посвященной открытию станции. Происходил ваятель из древнего армянского дворянского рода Лазаревых. И можно предположить, что Довлатова к нему пристроили по просьбе мамы, Норы Сергеевны, армянки по национальности.

Левон Лазарев окончил Ленинградское высшее художественно-промышленное училище в 1955 г. Работал в различных видах и жанрах искусства – станковой, монументальной, декоративно-парковой и мемориальной скульптуре, мелкой пластике, занимался живописью и графикой. Им создано более двухсот скульптурных, графических и живописных произведений. Левон Константинович – автор ряда монументов и мемориальных досок, установленных в Петербурге: в первую очередь, это известный памятник А. Д. Сахарову у здания университета; Дж. Кваренги перед зданием Ассигнационного банка на Садовой улице; пожарным, погибшим в годы Великой Отечественной войны, на Большом проспекте Васильевского острова; И. В. Гете на Невском проспекте; С. Н. Федорову в Купчине. Создал памятник-бюст Сергею Дягилеву перед театром Шатле в Париже.

Вот что вспоминал о Довлатове Левон Константинович: «Я в то время делал в метро „Ломоносовская“ фигуру Михайлы Васильевича в мраморе. А Довлатов работал в бригаде подсобником, ничего практически не делал, только мешался – носил водку, ну и пил, конечно, вместе с этими работягами. Огромный камень, метра три, находился уже в метро, надо было в черновую перенести мою работу на мрамор специальной машиной. Все кончилось тем, что бригада запорола эту вещь, я их выгнал, и Довлатова вместе с ними. Я тогда и начал с ним общаться, рисовать его. Морда-то у него интересная была, интеллигентная, жалко, что пил много».

А. Гецкин приводит такое описание «Ломоносовской» сразу после открытия: «Торец станции выполнен в виде решетки из алюминиевых профилей, на фоне которой высеченный из белого мрамора медальон с изображением М. В. Ломоносова (скульптор Л. Лазарев)». Впрочем, можно встретить утверждение, что к открытию станции барельеф не успели выполнить, поэтому изначально его замещал гипсовый макет.

Скульптурное изображение М. В. Ломоносова, выполненное в виде мраморного барельефа, долго не провисело и было снято, возможно, из-за того, что терялось на фоне мраморной отделки. Довлатов пишет так: «А нашего Ломоносова через два месяца сняли. Ленинградские ученые написали письмо в газету. Жаловались, что наша скульптура – принижает великий образ».


Панно работы В. М. Городецкого


Новую композицию создал заслуженный художник РСФСР В. М. Городецкий, который начинал свою работу еще совместно с автором станции, архитектором А. Я. Мачеретом. Об этом сообщается в статье «Монументальная пропаганда в ансамблях метрополитена», опубликованной в журнале «Строительство и архитектура Ленинграда» во второй половине 1970-х гг., в ней же приводится рисунок панно из фарфора. Художник выполнил окончательный рисунок в натуральную величину, передающий цвет и рельеф будущего фарфорового панно. Изготовить барельеф планировалось на Ленинградском фарфоровом заводе им. М. В. Ломоносова, коллектив предприятия готовился осуществить этот замысел. Но этого по каким-то причинам не произошло.

Владимир Михайлович Городецкий (1924–1977) – художник, мастер по росписи фарфора, скульптор. Участник Великой Отечественной войны. С 1947 г. работал на Ленинградском фарфоровом заводе, с 1976 по 1977 г. – главный художник этого предприятия.

Сегодня торцевую стену «Ломоносовской» украшает трехметровый бронзовый горельеф с изображением М. В. Ломоносова работы скульпторов В. С. Иванова и А. А. Королюка и архитектора В. М. Липовского, установленный в 1985 г. В нижней части горельефа приведены слова из стихотворения, принадлежащего перу Ломоносова, в котором он предсказал величие и расцвет отечественной науки:

Может собственных Платонов И быстрым разумом Невтонов Российская земля рождать.

Работы по установке горельефа Ломоносова велись в апреле – мае 1985 г. Основные работы по сооружению фальш-стенки выполнил Т. Л. Матешвили, облицовку постамента – камнетесы А. М. Васильев и А. П. Савицкий.


Горельеф Ломоносова


Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Как начать разбираться в архитектуре
Как начать разбираться в архитектуре

Книга написана по материалам лекционного цикла «Формулы культуры», прочитанного автором в московском Открытом клубе (2012–2013 гг.). Читатель найдет в ней основные сведения по истории зодчества и познакомится с нетривиальными фактами. Здесь архитектура рассматривается в контексте других видов искусства – преимущественно живописи и скульптуры. Много внимания уделено влиянию архитектуры на человека, ведь любое здание берет на себя задачу организовать наше жизненное пространство, способствует формированию чувства прекрасного и прививает представления об упорядоченности, системе, об общественных и личных ценностях, принципе группировки различных элементов, в том числе и социальных. То, что мы видим и воспринимаем, воздействует на наш характер, помогает определить, что хорошо, а что дурно. Планировка и взаимное расположение зданий в символическом виде повторяет устройство общества. В «доме-муравейнике» и люди муравьи, а в роскошном особняке человек ощущает себя владыкой мира. Являясь визуальным событием, здание становится формулой культуры, зримым выражением ее главного смысла. Анализ основных архитектурных концепций ведется в книге на материале истории искусства Древнего мира и Западной Европы.

Вера Владимировна Калмыкова

Скульптура и архитектура / Прочее / Культура и искусство
Поэзия садов
Поэзия садов

Дмитрий Сергеевич Лихачев – выдающийся ученый XX века. Его творческое наследие чрезвычайно обширно и разнообразно, его исследования, публицистические статьи и заметки касались различных аспектов истории культуры – от древнерусской литературы, в изучение которой он внес огромный вклад, до садово-парковых стилей XVIII–XIX веков. Его труды востребованы не только в филологической среде: они необходимы историкам, философам, искусствоведам, культурологам. Пример тому – книга «Поэзия садов» (первое издание – 1982 г.). Это не история садов или отдельных знаменитых садово-парковых ансамблей, – сад здесь представлен как универсальная целостная система, выражающая философские и эстетические представления эпохи. Как синтез этих представлений сад теснейшим образом связан с развитием великих стилей в искусстве, с поэзией, живописью, архитектурой, музыкой. Сады, регулярные и пейзажные, рассматриваются в контексте культуры повседневности: сад как место уединения, размышления, увеселения, игры и т. д. «Сады играют особую роль, они нужны для наших сердец, мы слишком сейчас заняты городом», – говорил Д. С. Лихачев.

Дмитрий Сергеевич Лихачев

Скульптура и архитектура