Междукняжеские отношения на Руси. Х – первая четверть XII в.

Несмотря на то что Ярополк Изяславич обладал генеалогическим приоритетом («старейшинством») по отношению к своим соперникам и являлся правителем городского центра регионального значения, чья политическая роль как постоянной княжеской резиденции, по всей видимости, выросла в 1070– 1080-х гг., он не мог реализовать этот приоритет на практике и был вынужден обращаться в Киев за содействием в наведении порядка на территории волости. Вывод Волыни из сферы влияния Изяславичей способствовал стабилизации междукняжеских отношений в регионе и упрочению авторитета старейшего представителя княжеского рода – Всеволода Ярославича, выступившего в роли политического арбитра и, по всей видимости, инициатора «волынского компромисса» 1085–1087 гг., что объективно способствовало упрочению разрабатывавшейся в Печерском монастыре доктрины о приоритете «старейшинства». Однако компромисс, достигнутый на Волыни, ущемлял территориальные интересы Изяславичей (Святополка и его племянников Ярослава и Вячеслава). В ПВЛ под 1088 г. сообщается: «…иде Святополкъ из Новагорода к Турову жити» (по Радзивилловскому списку, заполняющему лакуну Лаврентьевского) или «.иде Святополкъ из Новагорода Турову на княженье» (по Ипатьевскому списку)[529].

В историографии сложилось представление (восходящее к предположениям М.С. Грушевского) о том, что, получив стол в Турове, Святополк мог некоторое время сохранять и контроль над Новгородом[530]. В списке князей НІЛМ о пребывании Святополка в Новгороде говорится: «.Святополкъ седе на столе, сынъ Изяславль, иде Кыеву». В следующей же фразе сообщается: «И присла Всеволод внука своего Мьстислава, сына Володимиря; и княживъ 5 лет, иде к Ростову, а Давыдъ прииде к Новугороду княжить; и по двою лету выгнаша и»[531]

. По ПВЛ, пребывание Мстислава Владимировича в Ростове относится к 6603 (1095/96) г. Согласно НІЛ, вместо Мстислава на новгородском столе в это время пребывал Давид Святославич, получивший его вместо смоленского стола по соглашению со своими двоюродными братьями Святополком Изяславичем и Владимиром Мономахом[532]. Это обстоятельство позволяет отнести вокняжение Мстислава в Новгороде примерно к 1091 г. Таким образом, между 1088–1091 гг. судьба новгородского стола остается не ясной. Т.В. Круглова, опираясь на свидетельство Ермолинской, Уваровской, Львовской летописей и Тверского сборника, предположила, что преемником Святополка на новгородском столе между 1088 и 1091 гг. мог стать именно Давид Святославич, занимавший его до назначения Всеволодом в Новгород Мстислава, но это предположение было убедительно оспорено А.В. Назаренко, указавшим на то, что подобная «избыточная информация» могла быть результатом рефлексии позднейших летописцев

[533].

В геополитическом плане предположение о новгородско-туровской «унии» под эгидой Святополка выглядит достаточно сложным, учитывая дистанцию между двумя городскими центрами. С другой стороны, мы не встречаем в источниках никаких следов деятельности Давида Святославича до 1095/96 г. и не имеем возможности сделать вывод о его месте в политической системе Руси на рубеже 1080– 1090-х гг. Мы видели выше на примере Владимира Ярославича и Владимира Мономаха, князья направлялись на самостоятельное княжение примерно в возрасте 15–16 лет: если применить эту норму к Мстиславу Владимировичу, родившемуся в феврале 1076 г., получится, что в Новгород он был отправлен Всеволодом не ранее 1091 г. Если же предположить, что составитель списка новгородских князей пользовался включенным счетом (как считает А.В. Назаренко), пятилетний период первого княжения Мстислава истек именно в 1095 г., что, по Н!Л, согласуется с датой вокняжения в Новгороде Давида Святославича. В этом случае его пребывание в Новгороде должно было продолжаться не «два лета» (1095–1097 гг.), появившиеся в результате перевода информации из одной системы летоисчисления в другую (как полагает С.В. Цыб), а чуть более года (1095/96), что согласуется с ПВЛ, относящей возвращение Давида в Смоленск, а Мстислава в Новгород к концу 6603 (1095/96) сентябрьского года[534]

. Таким образом, после перехода Святополка в Туров новгородский стол оставался вакантным как минимум с 1088 по 1091 г. Правда, в данном случае ситуация выглядит менее безнадежной, чем с вакансией 1052–1054 гг. Как отмечал В.Л. Янин, во второй половине XI в. постоянным явлением новгородской администрации становится посадничество[535], поэтому не исключено, что после отъезда Святополка до прибытия Мстислава городом мог управлять посадник, которого мог поставить как Святополк, так и Всеволод (помещенные в НIЛМ списки новгородских посадников позволяют допустить такую возможность).