Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре

Высокой оставалась популярность Троцкого и в партийных кругах. Судя по фольклору тех времён, она значительно превосходила репутацию Сталина. «Лучше быть в хвосте у льва, чем в заднице у сапожника», — говаривали умудренные опытом старые большевики, за что, кстати, потом расплачивались ссылками, тюрьмами, жизнями. Напомним, что «Сапожник» — одно из многочисленных и далеко нелицеприятных прозвищ Сталина.

Во внутрипартийных дискуссиях Троцкий был непримирим, всегда имел собственное мнение, за что в конце концов подвергся острой критике, исключению из партии и был выслан сначала в Алма-Ату, а в 1929 году — за границу С лёгкой руки Сталина у Троцкого появились новые прозвища: «Иудушка Троцкий» и «Демон революции». В его облике, поведении, да и в биографии и в самом деле просматривалось нечто мистическое, потустороннее. Достаточно напомнить, что родился Троцкий в один день с большевистским Октябрьским переворотом — 25 октября (7 ноября) — и в один год — 1879-й — со своим будущим непримиримым соперником Иосифом Сталиным.

Между тем в провинциальной России 1930-х годов большинство крестьян слыхом не слыхивали о Троцком, тем более не имели никакого представления о нюансах внутрипартийной борьбы. И никак не могли понять, за что их преследовали и арестовывали. А арестовывали только за то, что путали труднопроизносимую фамилию с не менее трудным названием своей профессии и называли себя «трактистами», то есть трактористами. Антонов-Овсеенко вспоминает, как на пересылках и в лагерях на вопрос, за что сидишь, эти бедолаги заученно отвечали: «Трактист я».

В 1939 году, живя в изгнании, Троцкий основал 4-й Интернационал, что в Советском Союзе расценили как покушение на завоевания Октябрьской революции и дискредитацию большевистской партии. Троцкий превратился в опаснейшего врага партии и государства. В 1940 году в результате террористической акции, организованной и успешно проведённой тайными сотрудниками НКВД, Троцкого злодейски убили ледорубом в личном кабинете, в собственном доме в Мексике.

К тому времени страна переживала вакханалию отказа от фамилии «Троцкий». Одни отказывались полностью и придумывали себе другие фамилии, другие ограничивались добавлением одной буквы «и» и становились Троицкими. Но были и такие, которые оставались верными своей родовой фамилии в ущерб жизненному благополучию и карьере. Рассказывают легенду об известном ленинградском архитекторе Ное Абрамовиче Троцком. Будто бы Сталин внёс его фамилию в список лауреатов Сталинской премии за проект Дома Советов в Ленинграде. Но при одном-единственном непременном условии: архитектор должен сменить свою фамилию. Списки награждённых публиковались в партийной печати. И появление в них опороченной фамилии было в то время просто недопустимо. Ной Абрамович отказался и остался без премии. О тех временах в арсенале городского фольклора сохранился остроумный анекдот о подлинной фамилии опального большевика — Бронштейн и его партийном псевдониме — Троцкий. Приходит в отдел кадров человек с фамилией Троцкий наниматься на работу. «А вы случайно не родственник Троцкого?» — «Что вы?! Даже не однофамилец».

Странным образом современный американский фольклор связал с именем Троцкого две страны — латиноамериканскую Мексику и евроазиатскую Россию. Известно, что американские власти настоятельно рекомендуют своим гражданам, выезжающим за рубеж, не пить за границей сырую воду. Это, утверждают они, может привести к серьёзным желудочно-кишечным заболеваниям. Этому можно поверить. У них, выходцев из Европы, богатый многовековой опыт взаимоотношений с Мексикой. 500 лет назад испанский конкистадор Кортес в ответ на гостеприимство короля ацтеков Монтесумы заключил его в тюрьму и таким образом завоевал Мексику. С тех пор разнообразные желудочные проблемы, с которыми сталкиваются американские туристы, непривычные к мексиканской кухне и тамошней сырой воде, называют «местью Монтесумы». Этот опыт американский фольклор, как всякий фольклор, чуткий к сопоставлениям, ассоциациям и аналогиям, перенёс на Россию. И не только потому, что русскую сырую воду, качество которой вызывает серьёзные опасения за состояние американских желудков, они называют «Местью Троцкого», убитого в Мексике по указанию из Москвы, но ещё и потому, что начальные буквы фамилии Льва Давидовича Троцкого «Trots» по-английски означают что-то вроде «поноса».

В Петербурге с Троцким связана любопытная легенда, которая витает над одним из крупнейших универмагов города — Домом ленинградской торговли, или ДЛТ, как его привычно называют петербуржцы. История этого торгового заведения восходит к 1909 году, когда на участке № 21–23 по Большой Конюшенной улице по проекту архитектора Э. Ф. Вирриха построили здание для магазина Гвардейского экономического общества. В дореволюционном Петербурге его хорошо знали по обиходному названию «Гвардейская экономка», или «Гвардейка». Выпускники военных училищ и офицеры гвардейских полков пользовались здесь некоторыми преимуществами.