Михаил Горбачев: «Главное — нАчать»

25 февраля: «Народ он оттолкнул пустыми полками и беспорядком, перестроечных партийцев — объятиями с Лигачевым; интеллигенцию — явной поддержкой Бондарева, Белова, Распутина; националов — тем, что не дает им полной свободы либо не спасает одних от других… Да, то, что олицетворяют Афанасьев и Ко, это уже партия. Партия низвержения существующего, партия демагогии, неизбежной в такой ситуации, — без нее к власти не прорваться… А у Горбачева утрачено чувство управляемости процессами. Он, кажется, тоже „заблудился“ (любимое его словечко)… Я перестаю понимать М. С.».

30 апреля: «Все думаю: сознательно он вел дело к идейно-психологическому развалу в обществе и сумятице в мозгах или так получилось? А он, как всегда, адаптировался и „оседлал процесс“? Впрочем, без этого никакого обновления не получалось бы. Даже поношение и дискредитация Ленина служат раскрепощению мозгов и утверждению „чувства полной свободы“. Вседозволенность работает на расчистку почвы для нового общественного сознания, действительно плюралистского и ни от кого сверху не зависящего».

В записке Горбачеву Черняев описывает цугцванг, в который тот попал, но хороших ходов и он предложить не может

20 февраля 1990

[Архив Горбачев-Фонда]

20 мая: «Попутно услышали такие его рассуждения „о своей доле“. Жизнь что? Она одна. Ее не жалко отдать за что-то стоящее. Не на жратву же или на баб только. И я ни о чем не жалею. Раскачал такую страну. Кричат: хаос, полки пустые! Партию развалил, порядка нет! А как иначе? История иначе не делается. И как правило, такие большие повороты сопровождаются большой кровью. У нас пока удалось избежать ее. И одно это уже колоссальное достижение. А дефициты и полки пустые переживем. Колбаса будет».

24 июня: «„Великий человек“ не смог удержаться на уровне своей великости, когда пробил час».

8 июля (XXVIII съезд КПСС): «Скопище обезумевших провинциалов и столичных демагогов… Масса жаждет крови… Горбачев изолирован. Прошли времена, когда в перерывах заседаний на него наваливались толпы с вопросами. Одиноко идет он за кулисы в сопровождении своего Володи (охранника). Жалко его. А это ужасно, когда жалко главу государства».

15 июля: «Съезд оставил удручающее впечатление. Конечно, сказывается и отношение Горбачева к людям, которые ему преданы до конца… Он начинает портиться, как все при власти. Жалко».

21 августа: «В день приезда в Крым в отпуск Горбачев озадачил меня статьей на тему „Рынок и социализм“. Через два дня я ему принес набросок. Он мне: „Ты меня неправильно понял. Возможно, я неясно изложил идею“. Через три дня я принес новый вариант. Покривился, хотя и сказал, что теперь уже вроде получается. Короче говоря, и хочется, и колется у него на эту тему. А главное, не получается сочетания двух слов в названии статьи».

1 сентября: «Сегодня в „Правде“ подборка писем трудящихся, из которых брызжет слюна на перестройку. Да, начинается путь на Голгофу… Ельцин получил кредит по крайней мере на два года, а у Горбачева кредит с каждым днем приближается к нулевой отметке. Ельцин паразитирует на идеях и заявлениях, на непоследовательности Горбачева. Все, что сейчас он провозглашает, все это говорил М. С. на соответствующих этапах пяти лет перестройки. Но не решался двигать, держала его за фалды идеология.

Лист верстки дневника Черняева

2006

[Архив Горбачев-Фонда]

Он наконец раскидал всех, с кем начинал перестройку, кроме Яковлева и Медведева. Все оказались за бортом, и все стали его яростными врагами, за которыми определенные группы и слои. Но растянул этот „процесс“ на три года. А надо было делать эту революцию так, как полагается делать революции. Власть на глазах уползает из рук. А он целыми днями совещается с разными представителями по экономической платформе и по союзному договору… кажется, потерялся и не знает, что и куда».

23 сентября: «Грядет революция. Та самая, которую вызвал Горбачев. Но он не ожидал такого и долго не хотел называть это сменой власти, тем более сменой строя. Да и сейчас продолжает говорить лишь о смене экономической системы. Нет, то, что происходит, действительно равно 1917 г., пусть „наоборот“».

14 октября: «Я надеялся, что, став президентом, он воспользуется этим и поднимется „над“ повседневным политическим процессом. А он, оказывается, имел лишь в виду получить возможность „руководить процессом“. Гибельная нелепость. Хватается за все: за партию, за парламент…»

22 октября: «Агентура КГБ доносит из разных концов Советского Союза, что Нобелевская премия для Горбачева оценивается большинством населения негативно. В „Таймсе“ статья под заголовком „Превозносимый в мире и проклинаемый у себя дома“ и портрет-шарж в виде памятника.