– Руки! – рыкнул всё тот же человек, прерывая его. – Поднять! Так, чтобы я их видел. И ты, – он указал ружьём на меня, – тоже, – я поднял руки настолько, насколько это было возможным. Коленки снова начали дрожать, по телу прошёлся неприятный холодок. Ещё никогда за мной не следило так много людей с оружием. Наши жизни сейчас были в их руках, но другого выхода не было – я это прекрасно понимал.
– Не бойся, – шепнул Павлов, немного повернувшись ко мне.
– Что ты ему сказал?! – другой мужчина, очень нервный по виду, переключил предохранитель на автомате. У него был какой-то ненормальный взгляд, и его немного пошатывало.
– Тихо-тихо, мужики, – быстро начал Павлов, держа над собой руки, – я его просто успокоил. Это мой брат, ему и четырнадцати нет, а тут на него здоровые дядьки с пушками целятся. Да тут любой бы обосрался.
Всё это время я молча стоял, боясь сделать лишнее движение. Тело плохо слушалось, руки уже начали затекать, но я со всех сил старался держаться ровно.
«Нас сейчас пристрелят… пристрелят… убьют… им же до пизды кто мы такие», – думал я. Это всё, что было сейчас у меня в голове. Мне было очень страшно, бросало то в холод, то в жар.
– И чо вам надо? – рыкнул первый громила.
– Выживать одним тяжко – вот и ищем где бы остановиться. Мы с братом были в походе, за городом. Вернулись неделю назад, а тут будто фильм ужасов. Вот мы и ищем других выживших – нашли.
– Неплохо получается, – сказал третий мужчина в чёрной одежде низким голосом, указывая на наши рюкзаки. Он был среднего роста, крупнее всех трёх. Изогнутый шрам на бритой голове выглядел жутко и вселял страх.
– А что нам мешает просто вас грохнуть и забрать шмотки? – рыкнул первый. Павлов немного сменился в лице, страх проступил сквозь спокойствие.
– А вам разве не нужны люди? – сказал он, собравшись. – Я отлично стреляю, а мой брат может помогать по мелочам.
– Ладно… – выдохнул первый, – фиг с тобой. Последний вопрос: что у тебя за синяя херня на шее? Пятна какие-то… Вдруг, ты как те синяки, – громила указал в сторону мёртвого восставшего, – заразный? Они вон тоже синие. Что-то ты мутный какой-то.
– Да это от пота, – быстро сказал Павлов с улыбкой, но уже неуверенно. Он нервно улыбался. – Аллергия на пот. Никогда что ли о потнице не слышал?
Несколько секунд мы молча стояли. Охранники о чём-то переговаривались между собой. Несмотря на такую очевидную ложь, они в неё поверили.
– Ладно, хер с тобой. Посидишь сначала в карантине – потом посмотрим что из тебя получится, – низким голосом сказал третий и повернул голову назад, выкрикивая куда-то позади себя: – Впустите этих клоунов. Пусть начальник с ними разбирается, – он повернулся к нам. – Если фокус какой захотите выкинуть – учтите, что пуля-то она дура, зато летает быстро.
Павлов повернулся ко мне и еле заметно улыбнулся – видимо, всё шло по его плану.
Один из охранников отодвинул небольшую железную решётку и, когда мы зашли, закрыл её. Другой, чуть выше меня, наставил на нас небольшой автомат и молча смотрел, ожидая приказа.
– Веди их внутрь, – громко сказал низким голосом охранник, что стоял на стене – мужчина перед нами опустил автомат, развернулся и пошёл вперёд.
Внутри было просторно, несмотря на большие прицепы-перегородки, которые создавали небольшие лабиринты. Территория парковки была огромной. Тогда, в первый раз ночью, я этого не заметил.
Первым тишину решил нарушить наш проводник:
– А вы кто такие будете?
– Я – лейтенант Павлов, – при этих словах он приложил ладонь к виску. Я понял сигнал, и побежал вперёд.
– Э, куда… – раздалось позади. Я не обращал внимания, пока, наконец, не добежал до колёс в конце прицепа.
Я обернулся и увидел позади себя окровавленный труп – Павлова уже не было.
Стало страшно. Другие охранники могли в любую секунду появиться. Но я остался молча ждать Павлова – как он и велел.
Недалеко раздались несколько выстрелов. Откуда-то за лабиринтом контейнеров, начались крики, и послышался топот группы людей.
«Он тебя бросил…» – сказал Голос в голове.
Я постарался отвлечься, но каждый секунда ожидания казалась вечностью. Топот и крики становились всё ближе.
Вдруг, посреди всего этого резко прорезался звук мотора.
Через несколько секунд вдалеке появился Павлов, сидя за рулём нашего грузовика. Он жестом показал, чтобы я оставался на месте. Топот и крики затихли, начались выстрелы. Пули разрывали воздух повсюду, врезаясь то в контейнеры, то в крышу грузовика, пока он ехал в мою сторону. Я прижался к контейнеру. Павлов, проезжая рядом, немного притормозил и открыл дверь – я на ходу залез в салон. Пули свистели позади нас, но это было бесполезно, так как, сзади была огромная секция, и её сложно было пробить. Крыша просвечивалась в нескольких местах. Боковые стёкла уже были разбиты
Я вжался в кресло. Повернув, Павлов остановил машину. Он выдохнул и закрыл глаза, а через секунду открыл глаза и тихо сказал:
– Так, ну, погнали! – и дёрнул за ручку коробки передач.