Миссия России. Хватит ли сил у Путина?

С середины 90-х годов осуществляется долгосрочная стратегия НАТО с целью продвижения альянса на восток Европы и размещения его военной инфраструктуры около наших границ. Мне довелось быть одним из активных участников международных дискуссий о расширении НАТО во второй половине 1990-ых годов. Мне была ясна и условность Основополагающего Акта, хотя не уверен, что мы могли тогда что-то серьезное этому противопоставить. Примаков тогда вел упорные переговоры, но в какой-то момент получил указания от Ельцина: подписывать. Ельцин считал, что это было единственное, что он мог получить от Запада. В Акте был зафиксирован некий механизм взаимодействия, но никаких юридических гарантий не предполагалось. Там было несколько положений, которые исключают размещение ядерного оружия на наших границах, крупных воинских контингентов, и какое-то время они действовали.

Но при оценке военно-политических альянсов надо смотреть не только на их практические действия, но и на потенциал альянса. А с этой точки зрения, НАТО создало все для того, чтобы можно было в предельно краткие сроки разместить в непосредственной близости от российских границ и воинские контингенты, и ядерное оружие, и системы противоракетной обороны. Вот что означает прием все новых и новых государств в НАТО и его приближение к нашим границам. В его стратегических планах — Украина и Грузия. В 2008 году Виктор Ющенко и Джордж Буш уехали с саммита НАТО в Бухаресте ни с чем только потому, что Франция и ФРГ заблокировали начало процедуры приема Украины в НАТО. Да, сейчас эти планы отложены в дальний ящик, но это не означает, что они отброшены. И в США, и некоторые силы в Европе считают, что Украину следует превратить в стратегический противовес России. И они воспользовались украинским кризисом для того, чтобы нарастить антироссийский потенциал НАТО, договориться о создании в Польше баз быстрого реагирования, ускоренном размещении новейших систем ПРО на территории ряда стран Восточной Европы.

НАТО строит всю свою стратегию на мифе о «российской угрозе». Но на деле никакой угрозы для Европы от России не исходит. Подлинная, а не вымышленная угроза ей идет с Ближнего Востока — от ИГИЛ. И в ЕС это начинают понимать. Находясь в середине декабря 2015 г. в Париже, где у меня была встреча с Комиссией по международным делам парламента Франции, я обратил внимание, что все газетные киоски были обклеены плакатами с портретом Путина с обложки последнего выпуска известного журнала «Ле Пуэн». И подпись под фото гласила: «Владимир Путин — наш новый друг».

Декабрь 2015 г.

Маски отброшены. Приличия — тоже

Как нас пытаются лишить Победы

Казалось бы, кто победил Гитлера и кто внес в это наибольший вклад — не вызывает никаких сомнений. Но нет. Нам продолжают говорить, что победа была оплачена слишком большой ценой. Что сама эта победа вовсе не была победой, как пишет один из авторов англоязычной газеты «Москоу таймс»: ведь через 20 лет в СССР жили хуже, чем в Японии или в Германии, а значит — разве это была победа? Нам говорят, что освобождение крестьян в 1861 году было более важным событием в нашей истории, чем Великая Отечественная война.

Откуда все это? И чем вызвано? Откуда это неукротимое желание доказать, что нам нечего праздновать 9 мая? Ответ прост: это раздражение. Раздражение, вызванное тем, что мы в очередной раз выстояли. Выстояли как нация, как народ и как страна. И для некоторых это просто непереносимо.

Русофобия возникла на Западе давно. В своем отношении к России британский демократ Чемберлен смыкался с германским нацистом Гитлером. Германский фюрер пошел на восток не столько для того, чтобы бороться с коммунизмом, а чтобы уничтожить и подчинить нашу страну и наш народ. Эта русофобия, не нашедшая удовлетворения, ненависть к независимой, не поддающейся подчинению, не желающей покоряться стране и питает неизменное желание опровергнуть, опорочить, принизить нашу победу.

В чем нас только не обвиняют! В нарочитом, пафосном патриотизме. В бряцании военными мускулами на военных парадах. В искусственном подогревании общественных настроений. И так далее, и так далее. «Да что вы там такое празднуете!» — скептически и зло доносится в наш адрес.

Что мы празднуем? Мы празднуем то, что выжили как нация. Мы не покорились и выжили тогда, когда многие страны и народы просто легли под Гитлера, например, Словакия или пол-Франции во главе с маршалом Петеном, или же с радостью присоединились к нему, как Испания при Франко, Италия при Муссолини, Румыния при Антонеску, Венгрия при Хорти и многие другие. Напомним: на военную машину гитлеровской Германии тогда работала почти вся Европа. Помимо Италии, Австрии, Испании, Венгрии, Румынии и части Франции, Гитлера поддерживали правители Австрии, Болгарии, Норвегии, Португалии, Словакии, Финляндии. А Турция и Швеция хранили трусливый нейтралитет.