Мое особое мнение. Записки главного редактора «Эха Москвы»

Вторая встреча произошла во время знаменитой истории с «коробкой из-под ксерокса», даже не встреча – телефонный звонок. Вечером 19 июня 1996 года Аркадий Евстафьев и Сергей Лисовский – члены предвыборного штаба Бориса Ельцина, возглавляемого Анатолием Чубайсом, – были задержаны при выносе из Дома правительства коробки из-под бумаги для ксерокса с 538 тысячами долларов США наличными. Как мне потом рассказали – в доме приемов «ЛогоВАЗа» сидели дочь Ельцина Татьяна Дьяченко (ныне Юмашева), Чубайс, Немцов, Игорь Малашенко, Альфред Кох. Березовский сказал: «Надо позвонить на «Эхо Москвы» – им верят». И мне позвонил в эфир Евгений Киселев и начал: «Ты знаешь, тут арестовали…» – и так далее. После этого эфира все стали ссылаться на нас. А потом, после выборов 96-го года, когда Березовский занял официальную должность – стал заместителем секретаря Совбеза, – я уже, естественно, с ним общался как с ньюсмейкером и корреспондентов посылал с ним в Чечню. Вот так мы и познакомились – через конфликт: он пытался воздействовать на редакционную политику «Эха Москвы» через акционера, но у него ничего не получилось.

Мне никогда не удавалось ни в чем убедить Березовского. После его смерти Сергей Бунтман напомнил: он приходил ко мне в кабинет, садился, просил чистый лист бумаги и карандаш. Мы с ним говорили часа полтора, чистый лист бумаги оставался, он сверху клал карандаш, вставал и уходил…

* * *

В 2017 году вышла книга Петра Авена «Время Березовского». На мой взгляд, это книга лукавая, нечестная, и это я сказал в глаза Петру Олеговичу. Но одна из точек, где Березовский действительно был важен, – это Хасавюртовский мир. В чем состояла эта важность? Концепция Бориса Абрамовича была: не надо войны с Чечней – надо переманить, перекупить, перевербовать часть сепаратистов, чтобы они уничтожили другую, наиболее радикальную часть сепаратистов, за это мы отдадим им республику под управление, но они будут с Россией, будут держать границу. Если подумать, то сейчас Путин осуществляет в Чечне именно политику Березовского.

Книга Петра Олеговича Авена – это опасная и ядовитая книга. Она несправедлива и даже унизительна по отношению к Березовскому. Время Березовского идет. Следствие по его смерти идет. С уходом Бориса ничего не закончилось. Эта книга – не нон-фикшн и даже не фикшн, это – фэнтези. И соавторы этого фэнтези лукавят и понимают, что мы – читатели и свидетели это лукавство увидим.

Настоящее время Березовского – это три истории, которые помнит страна. Первая история – «Давосский пакт» олигархов, когда они собрались и выбрали Ельцина. Вторая – чеченская война и Хасавюртский мир. Третья – как Березовский в 1999 году бегал по 15 губернаторам и создавал партию «Единство». А ничего этого в книге Авена нет. Петр Олегович, зная правду, не спрашивает о главном. Чубайс у него в книге говорит ерунду, а он его не переспрашивает.

Если бы Борис был жив, ему эта книга бы не понравилась. Боря поднял бы трубку и спросил Петра Олеговича: «Как тебе не стыдно?» Но он не может ответить. И я не могу за него отвечать. Роль Бориса сознательно умаляется в тех событиях в России и мире, ведущую роль в которых играл именно Березовский. Подбор интервью в этой книге направлен на одно – показать, что Борис «мелкий бес». И главное не то что он – «бес», а то, что «мелкий». И он все время проигрывает и все время не прав. Чубайс прав, «ЛогоВАЗ» прав, Петр Олегович Авен прав, Валентин Борисович Юмашев прав, а вот Борис Абрамович Березовский – во всем не прав.

* * *

Для меня Борис Абрамович был совершенно неуемным фантазером. Может быть, потому, что я по сравнению с теми молодыми корреспондентами, которые от него заходились – а он умел очаровывать своей гипнотической харизмой, – был человеком уже в летах, и «отхаризматичить» меня было тяжеловато. Он все время строил, с моей точки зрения, фантастические конструкции. Правда, некоторые из них работали. Одной из таких была идея досрочного ухода Бориса Николаевича с поста президента. И создателем, главным вдохновителем этой конструкции был именно он, Борис Абрамович Березовский.

Я уже упоминал, что когда меня в мае 1999 года стали спрашивать о моем отношении к такой перспективе, я ответил: «Чтобы Борис Николаевич добровольно отказался от власти и ушел? Да это невозможно!» Зная Ельцина, с его подозрительностью, с его ядерным чемоданчиком и т. д. – это была фантазийная конструкция. Я не сомневаюсь, что Борис Абрамович приложил к ней руку. И что бы сейчас ни говорили – якобы он был там сбоку припека, – это не правда. Во-первых, я знаю, что это неправда; во-вторых, я чувствую, что это неправда. Это точно конструкция, в которой Березовский, что называется, бетон заливал и гаечным ключом работал.