Мой личный врач

– Нет, подожди, никого не надо звать, – прохрипела красавица и со стоном взялась рукой за голову. – Как больно-то, господи.

Я ощупала ее голову: на затылке вспухла большая гематома, сочившаяся кровью.

– Вы, видимо, оступились, а когда падали в бассейн, ушибли голову о поручень трапа.

– Может, я и оступилась, – скривилась от боли Галина, – но только не здесь. Я шла вон по той дорожке, потом меня чем-то ударили по голове, а больше я ничего не помню.

Я посмотрела в том направлении, в каком указывала Галина, и увидела на газоне темную полосу примятой травы.

«Ни фига себе, – подумала я, – ее волоком тащили метров десять до бассейна, и если бы я случайно не оказалась рядом и не услышала плеск воды, то через непродолжительное время мадам Шадрина могла отправиться на собеседование прямо к святому Петру». И тут меня прямо как током ударило: а что, если на месте Галины должна была быть я, что вполне логично вытекало из полученного мною угрожающего письма? Это не ее, а меня, любимую, должны были стукнуть по голове и бросить в бассейн. Но в темноте не разобрались, и в результате пострадала Галина. В свете всего случившегося мои размышления о том, что автором послания была Яна, представились мне глупыми и детскими. Кто-то очень серьезный обратил внимание на мою персону и стал старательно выживать из этого дома. Но почему именно я стала кому-то вроде занозы в пальце – вот интересный вопрос, на который я не знала ответа!

Занятая своими мыслями, я совсем забыла про спасенную мною утопленницу, которая дернула меня за кофту и, стуча зубами от холода и нервного потрясения, попросила:

– Слушай, помоги мне до комнаты добраться, я сама не дойду.

Таскать на себе больных мне не привыкать, так как у себя в отделении нам, врачам, частенько приходится самим перетаскивать их с каталки на кровать в связи с катастрофической нехваткой младшего и среднего медперсонала. Я, закинув левую руку Галины себе за шею, крепко обняла ее правой рукой за талию, и мы медленно двинулись в путь, чуть пошатываясь, словно две подружки, хлебнувшие лишку…

– Только давай войдем с террасы, там телекамера не работает…

«Она не хочет, чтобы ее увидели в таком виде и в такой поздний час. Видимо, поэтому и запретила мне звать кого-то на помощь. Неужели же, ходила в сад встречаться с любовником?» – хмыкнула я про себя.

Кое-как мы доковыляли с Галиной до ее апартаментов. Я завела ее в ванную комнату, обработала ссадину на голове и уже решила откланяться, так как посчитала свою миссию оконченной, но она схватила меня за руку:

– Там мои босоножки остались, принеси, пожалуйста…

Я, честно говоря, хотела возмутиться, но волшебное слово «пожалуйста» сыграло свою роль. Я молча вышла из комнаты и, как была в мокрой облеванной робе, отправилась на поиски потерянной обуви. Я помнила, что, когда вытаскивала Галину из воды, она была босой. Может быть, они слетели у нее с ног, когда ее тащили по траве, или остались в бассейне? Я внимательно осмотрела бассейн, потом прошлась вдоль примятой травы, но ничего не нашла. Выпущенные в сад Руслан и Пери, явившиеся ко мне с бурным дружеским визитом, также приняли участие в поисках, но злополучная обувка словно испарилась. И я решила прекратить поиски.

Потрепав собачек по их пушистых холкам, я вернулась в дом, быстренько вымылась под душем, переоделась в сухое и отправилась в спальню Галины, чтобы доложить о проделанной работе. Закутанная в роскошный махровый халат, она полулежала на кровати. Рядом на столике стояла початая бутылка виски.

Когда я сообщила мадам Шадриной об исчезновении обуви, та явно расстроилась:

– Господи, как же все плохо…

Честно сказать, это меня удивило: девушка, можно сказать, только чудом не рассталась с жизнью, на нее (хотя и целили в меня) было совершено покушение, а тут, нате вам, скорбь по пропавшим босоножкам! Так что в голосе моем явно сквозила ирония, когда я вежливо спросила:

– Смею надеяться, они у вас не последние?

Галина зло сверкнула на меня своими красивыми глазами:

– Да не в этом дело… – Она запнулась, видимо, поняв, что я заслуживаю более обходительного обращения, и смягчила голос: – Извини, просто я сильно испугалась и еще никак в себя не приду. Дело в том, что эти чертовы босоножки могут стать жутким компроматом… Хочешь виски?

– Да нет, спасибо.

– А зря! Мне так полегчало.

– Видите ли, я не могу бражничать в компании с человеком, который мне «тыкает», зная, что я по своему служебному положению не имею права ответить ему тем же.

– Так ты вот о чем? – изумилась Галина. – Да ладно, не обижайся. Если хочешь, зови меня просто Галей. Делов-то куча… Садись на кровать и давай за мое спасение…

Она, закинув голову, сделала хороший глоток, потом протерла полой халата горлышко бутылки и передала ее мне.

Я отхлебнула в свою очередь. И хотя виски из-за его сивушного запаха не относится к моим любимым алкогольным напиткам, но в данный исторический момент крепкая жидкость, обжегшая горло и растекшаяся по желудку теплом, была, надо сказать, очень кстати, так как сняла напряжение и прояснила голову.