Mojo. Как его получить, как его сохранить и как вернуть, если вы его потеряли

Филлип – интересный парень. Он изыскан, творчески одарен, обаятелен, но немного необязателен, когда речь идет о выполнении незначительных обещаний. Его идеи настолько хороши, что иногда оборачиваются большими деньгами, делая его вполне успешным человеком. Но все хорошее вдруг перечеркивается какими-то мелочами, которыми он всегда умеет вызвать раздражение. За все годы он неприятно удивил меня несколько раз, отменив, например, в последний момент наши встречи. Это, конечно, настолько незначительные поводы, что они не могли поколебать наши отношения.

Потом Филлип всегда каялся и извинялся, а я всегда принимал его извинения с такими словами: «Филлип, когда я кладу на весы то хорошее, что ты для меня сделал, и то, чем обидел, то хорошего настолько больше, что я выдаю тебе индульгенцию на всю жизнь». Ему становится легче на душе, мне становится еще легче (потому что прощать всегда приятно), и мы остаемся друзьями.

Вы можете возразить, что своим прощением я поощряю такое поведение Филлипа. Но речь здесь идет совсем о другом. Для меня это дело перспективы. Когда я анализирую поведение Филлипа, то спрашиваю себя: «Мне лучше или хуже оттого, что у меня такой друг?» (Этот вопрос я называю «вопросом Рональда Рейгана», поскольку в 1980 г. тот победил в президентской гонке, спрашивая избирателей: «Вы сейчас лучше живете, чем жили четыре года назад?» В 1984 г. он снова стал президентом, задавая тот же вопрос.) Мой ответ всегда будет в пользу Филлипа, поскольку он сделал для меня столько хорошего и я ему так благодарен, что готов простить все. И в этом сила «вечной индульгенции».

Теперь позвольте мне спросить вас: скольким людям в своей жизни вы готовы были все простить? И еще один: как вы считаете, это число велико или мало?

Мне кажется, что большинство людей решит, что это число должно быть больше. Моя догадка основана на том, что очень часто люди мне рассказывали, как «из-за непростительного поведения» рушилась дружба. Мы все слышали такие истории. И у каждого это случалось в жизни. Не исключено, что и мы сами творим совершенно неприглядные вещи и теряем друзей.

Это достаточно частая драма современной жизни. Однажды я ужинал со своим другом Эдвардом, успешным консультантом по вопросам управления. Я вспомнил нашего общего знакомого, с которым Эдварду случалось сотрудничать. Эдвард прервал меня и, размахивая вилкой, как мечом, воскликнул: «Я о нем больше не вспоминаю. Он для меня умер!»

Такое заявление меня озадачило, и я настоял, чтобы Эдвард поведал мне эту историю в подробностях. Что нужно было совершить, чтобы рухнула долголетняя и обоюдовыгодная дружба? Эдвард нарушил свой зарок не говорить об этом человеке и стал рассказывать мне историю, которая, как я думал, закончится грязным и отвратительным предательством. Однако, как оказалось, был всего лишь нарушен телефонный этикет. Бывший друг не известил Эдварда о своей встрече с человеком, с которым они оба имели деловые отношения. Это не было преступно – просто неэтично. Возможно, это было сделано даже ненамеренно, просто один из недосмотров весьма занятого человека. Но Эдвард по какой-то причине увидел в этом непростительную подлость.

«И все? – подумал я. – Один не сделанный телефонный звонок?»

Я задумался. А что, если бы Эдвард вместо того, чтобы обратить внимание на увиденную им (и, возможно, неверно истолкованную) оплошность, задал себе вопрос Рональда Рейгана: «Лучше или хуже стала моя жизнь оттого, что в моей жизни появился этот человек?» Если этот вопрос прозвучит, то они помирятся. Ведь каждый из нас хочет, чтобы число друзей увеличивалось, а не уменьшалось.

Удивительно, но в наших семейных отношениях мы давно этим пользуемся. Каждый из нас хоть однажды слышал обидные замечания от сына, дочери, матери, отца, но мы прощали их потому, что кровные узы сильнее всяких обид. У членов нашей семьи тоже «вечная индульгенция».

То, что я рекомендую здесь, – это инструмент приятия. Если мы можем прощать своих близких, почему такое же приятие не распространить на людей, которые, что бы там ни говорилось, сделали нашу жизнь лучше? Нам для этого нужно лишь задать вопрос Рональда Рейгана и вслушаться в ответ.

Это не только упражнение в благодарности. Это то, что заставляет нас признаться, что своим успехом мы обязаны не только себе. Нам всегда кто-нибудь помогал. И в этом смысле «вечная индульгенция» выполняет две функции: она подтверждает, что не стоит терять друзей (даже когда они не правы), и напоминает о том, что в будущем мы не останемся один на один с бедой.

Для того чтобы моджо было высоким, составьте список всех, кто сделал вашу жизнь намного лучше. Дайте понять этим людям, что ваша жизнь хороша во многом благодаря им. Дайте им «вечную индульгенцию»! Кто знает, может быть, они тоже выдадут вам «вечную индульгенцию»?

Часть IVСближая внутреннее и внешнее

Глава 16За пределами самопомощи