Молитвы за родных и близких

Сын Божий — именно рожденный, как был рожден любой из нас. Причем рожденный в нищете, не было у Его Матери даже пеленок, в которые бы Его завернуть, кроватки, куда бы Его, новорожденного, положили…

«Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша».

Как понимать эти слова? Очень просто. «Отче! — говорит Христос в ночь предательства. — Да будут все едино — как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они (мы, люди! — Авт.) да будут в нас едино — да уверует мир, что Ты послал меня…» Вот смысл этих слов Символа веры

о Сыне Божием, Единородном.

«Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес…» В этой строке самое главное, самое важное слово, понятие — спасение.

Само христианство — религия спасения. Не улучшения жизни, помощи в бедах и невзгодах, а именно спасения. Именно потому и послан был Христос, что мир погибал — во лжи, в беспринципности, в непорядочности человеческой. И Он пришел не для того, чтобы сделать нас беззаботными и счастливыми, удачливыми во всем, а для того, чтобы указать нам путь к спасению от тотальной лжи и бесчестия. Этот путь нелегок, но ведь Он и не обещал нам, что будет легко. Он просто предупредил, что, если мы будем жить так, как живем, мы погибнем, и погибнем скоро. И если мы поймем, что путь наш — путь к гибели, это и будет первым шагом на пути к спасению.

«И воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася». Для людей неверующих эти слова часто являются достаточным доказательством того, что все христианство — не более чем красивая сказка. Потому что дева не может стать матерью ни при каких обстоятельствах. Как говорится, «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». И все. И достаточно для того, чтобы дальше все споры на эту тему были закрыты. Действительно, доказать реальность этого безмужнего зачатия и рождения невозможно, поэтому мы либо верим в него — просто верим, не рассуждая, — либо разговаривать и впрямь не о чем.

Итак, доказать факт рождения Христа от Девы Марии невозможно. Но… много ли на сегодняшний день мы знаем о мире, который нас окружает? Стоит задуматься, и нам станет понятно: самые глубокие законы мира нам неизвестны, неизвестна и его мистическая глубина, та глубина, на которой наш разум встречается с действием Бога Творца. Кстати, ведь и Церковь не утверждает, что безмужнее зачатие и рождение возможно, она говорит лишь о том, что это однажды случилось — тогда, когда на землю в образе человеческом пришел Сам Бог! Это было Божьим решением, Божьим промыслом, одним из тех Господних путей, которые нами неисповедимы, то есть не могут быть поняты в силу того, что они — Божьи, а не человеческие. Ну а причина такого Божьего решения вполне понятна: только получив Плоть и Кровь Свою от Матери, Христос мог до конца породниться с нами, людьми, и именно тем самым Он и вочеловечился.

С тех пор Он — один из нас.

«Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате…» Отчего одно лишь это имя упоминается в Символе веры, ведь в осуждении и мучениях Христа участвовали и другие люди, не только Понтий Пилат? Не только для того, чтобы точнее указать время, в которое это свершилось. Помните, в Евангелии от Иоанна описано, как Пилат спрашивает стоящего перед ним Христа: «Почему Ты не отвечаешь мне? Разве Ты не знаешь, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?» Разумеется, Пилат знал, что никакой вины за Христом нет. Но человеческая жизнь Господа была в его власти. Только от его решения, от решения его совести она зависела в те часы. И он искал случая отпустить Иисуса — и не отпустил. Не отпустил потому, что боялся толпы, боялся беспорядков, способных отрицательно сказаться на его карьере прокуратора. Прокуратор Понтий Пилат стоял перед выбором: предать смерти невинного человека или же рискнуть своим будущим во имя справедливости. Он выбрал первое. И каждый раз, когда в Символе веры мы произносим имя Пилата, мы напоминаем себе: будь осторожен — выбрать предательство намного проще, чем выступить на стороне правды. В каждом человеке, который встречается на нашем жизненном пути, можно узнать образ Христа. И так часто мы встаем перед выбором: сделать встречному человеку добро или предать его — из слабости или страха, из лени или равнодушия, предать, как сделал это «перед Пасхой, в час шестой Понтий Пилат»… От этого выбора каждый раз зависит наше спасение или наша гибель.