А потом начало военных действий с Сардинией и ввод французских войск в графство Ницца стали поводом для непрекращающихся нарушений нейтралитета. Князь жаловался на это, и тогда ему объяснили, что Франция продолжает относиться к нему как к союзнику, что все это делается в исключительных интересах князя и что Франция выведет свои войска, как только вернет себе свободу.
Эти аргументы заставили Оноре III умолкнуть. Он понимал, что любая активность с его стороны может привести к катастрофе. А потом декрет Конвента от 15 декабря 1792 года, предписывавший генералам республики организовать во всех странах, в которые они войдут, свободные администрации по образцу французских, вызвал бурю. Генерал Жан-Батист де Брюне, вопреки нейтралитету, применил декрет в Ментоне, и Монако последовало этому примеру, несмотря на протесты офицеров князя, утверждавших, что декрет издан только для стран, суверены которых находились в состоянии войны с Францией, и он не может применяться к государствам-союзникам, признанным Конвентом.
В этом случае генерал де Милло мужественно защищал права суверена. 4 января 1793 года он выразил протест против уничтожения княжеских гербов, но безуспешно. Всякое сопротивление стало бесполезным.
Если сначала, хотя дух революции и охватил монегасков, которые восторженно приветствовали французскую Декларацию прав человека и гражданина, народ продолжал поддерживать своего князя, позволив тому сохранить дворец и роль главы государства, то потом Оноре III вдруг понял, что может теперь принимать только те законы, которые были ему предложены неким демократически избранным собранием. И князю не оставалось ничего иного, кроме как позволить крупным коммунам Монако формировать собственные собрания. А те сформировались в Национальное собрание Монако, и оно провозгласило отречение князя. На следующий день генерал де Брюне должен был передать французскому Конвенту пожелание о воссоединении княжества с Францией.
Это пожелание было услышано. 14 февраля 1793 года Лазар Карно, назначенный членом Комитета общественного спасения, представил Конвенту доклад о желательных присоединениях новых территорий к республике. В докладе фигурировали княжество Монако, Брюссель и еще некоторые части Бельгии.
Вот выдержки из доклада, который Лазар Карно зачитал на заседании Конвента 14 февраля 1793 года: