Морская война

С другой стороны, беспокойное состояние духа Наполеона, так резко выразившееся, когда подошло время прибытия Вильнева в Брест, должно, кажется, взять перевес над этими «показаниями». Но если верить тому, что Наполеон одинаково серьезно смотрел как на дело высадки на берега Англии, так и на дело сосредоточения сил около Ульма, то мы должны, я думаю, сказать, что Наполеон просто растерялся, смущенный двойственностью своего плана, который был слишком сложен, слишком разнообразен и слишком неопределенного характера, чтобы обещать действительную надежду на успех. Мы обыкновенно привыкли слышать, что Наполеон «заманил» Нельсона в Вест-Индию, и думаем, что Коллингвуд точно проник в намерения императора. Но Вест-Индские экспедиции не были только ложной демонстрацией, хотя в них и была идея отвлечь силы неприятеля от Европы; не уверены мы и в том, что Наполеон ясно представлял, что неприятель пойдет в Вест-Индию вслед за его адмиралами. Кроме того, если предположить, что главной целью Вильнева в его плавании в Вест-Индию было увлечение за собой Нельсона, то выходит, что стратегия этого маневра не богата верными идеями. Это доказывается тем фактом, что Нельсон, как мы видели, на возвратном пути обгоняет Вильнева. Если главную задачу представляло отвлечение британской эскадры, то плавание в Вест-Индию должно было быть действительно мнимым, и Вильневу следовало, приняв меры к тому, чтобы Нельсон своевременно узнал об его назначении туда, повернуть обратно, идти против небольшой Феррольской блокирующей эскадры и, уничтожив ее, соединиться с кораблями этого порта. То же самое следует сказать и относительно эскадры Миссиеси. Если бы с самого начала стремились к достижению обладания Каналом, то для рандеву с Вильневом в море следовало бы назначить более подходящий пункт, а не отдаленный Суринам.

Вообще я думаю, что так или иначе, но можно было наперед предсказать неудачу этих экспедиций, которые были слишком сложны, слишком обширны и слишком рискованны. Одна только посадка на суда войск не обещала успеха дальнейшим действиям, потому что, по имевшимся условиям, можно было ожидать болезней и недостатка провизии. Обсуждая дело беспристрастно, мы не можем не сделать замечания, что Наполеон, по-видимому, действовал все время наперекор своему военно-морскому совету. Мы знаем, что и Вильнев и Декре – оба возражали, и нельзя забыть, в каких резких выражениях ответил морской министр Наполеону 22 августа:

«И сказать всю правду, так морской министр, подчиняющийся вашему величеству в морских делах, служит плохо вашему оружию, если в действительности даже не вредит ему».

Таким образом, еще раз, но уже окончательно, мы извлекаем тот урок из этого последнего усилия Франции, что положительно не стоит пытаться приобрести обладание морем какими-либо другими средствами, кроме как прямо сражаясь за него, и что борьба за достижение этого обладания представляет уже сама по себе предприятие столь глубоко серьезное, что оно не допускает попыток достигнуть одновременно еще какой-либо другой цели.

Глава X Условия, при которых нападения на территорию с моря бывают успешны или неуспешны

В последних четырех главах я сделал исторический обзор наиболее серьезных попыток одной из морских держав вырвать из рук другой – но только на время и преследуя частную цель – обладание морем, которым обороняющаяся держава владела. Мы видели, что эти попытки ведут к неудачам, главным образом, потому, что внимание, долженствующее быть сосредоточенным на операциях только одной первостепенной важности, отвлекается и истощается в преследовании двух целей одновременно.

Ясно также, что раздельная линия между попытками приобрести обладание морем с целью облегчить высадку на берег и между высадками на берег при предполагаемой необеспеченности обладания морем очень тонка. Главным отличием служит только количественная сторона морских приготовлений нападающего, более значительная при преследовании первой цели.