Морская война

«Строгий порядок корабельных баталий (говорит сэр Вильям Монсон) имел место до изобретения булиня, потому что тогда не было иного плавания, как только по ветру, и иного сражения, как абордажное, тогда как теперь корабль пойдет шесть румбов от ветра из тридцати двух и при преимуществе положения относительно ветра может разбить всякий флот, который расположен в этом строе баталии (в строе полумесяца).

Погода в море никогда не верна; ветры переменны; корабли неравных качеств в ходе под парусами… И когда они хотят строго соблюсти назначенное им в строе место, то они обыкновенно сваливаются один с другим; и в таких случаях они более следят за даваемыми им приказаниями, чем за тем, чтобы обидеть неприятеля, через что сами бывают приведены в беспорядочные столкновения между собой.

Предположим, что флот расположился в строе полумесяца; атакованные суда будут стараться сохранить свое место в разгаре сражения, и это повлечет за собой опасность беспорядочной свалки одного с другим настолько, что для генерала не будет возможности отдавать новые приказания, но каждый корабль должен будет сражаться «по способности» или по желанию, а не по команде.

Для избежания такого смятения инструкции генерала не должны быть многословны, потому что величайшее преимущество в морском сражении состоит в том, чтобы выйти на ветер относительно неприятеля; ибо тот, кто на ветре, не подвергается опасности быть абордированным и имеет преимущество в возможности выбора, куда и как абордировать неприятеля…

По достижении наветренного положения генерал не дает иных указаний, кроме того, чтобы каждый адмирал собрал суда своей эскадры и атаковал противоположную ему эскадру неприятеля или такую, нападение на которую он считает наиболее выгодным для себя; но в то же время эскадры должны заботиться о соблюдении приличной дистанции между собой и оказывать помощь той эскадре, которую противник начнет одолевать или которая придет почему-либо в смятение.

Пусть адмиралы предостерегут свои корабли от увлечения попасть под ветер относительно неприятеля, потому что если это случится, то адмирал должен будет или пережить позор взятия корабля врагом у него на виду, или в попытках его освобождения, рискнуть самому уклониться под ветер и тем потерять приобретенное ранее преимущество в позиции. Раз это случится, то неприятель будет иметь возможность абордировать наши корабли, и он не будет избегать это сделать, так как абордирование есть единственная вещь, которой добиваются испанцы в сражении в наше время, вследствие преимущества их кораблей, как я заметил уже это ранее».