Московский поход генерала Деникина. Решающее сражение Гражданской войны в России. Май-октябрь 1919 г.

Когда в результате успешных действий центральных дивизий группы В. И. Селивачева в стык Добровольческой и Донской армий был вбит клин, то генерал В. З. Май-Маевский принял следующее решение. Приостановив наступательные операции против 14-й армии, он оперативно перегруппировал войска и ответил ударом добровольцев со стороны Белгорода и 3-м Кубанским корпусом генерала А. Г. Шкуро с юго-запада[130] по флангам и тылу 8-й армии. В свою очередь, командование Южным фронтом отправило 26 августа своим войскам директиву, подтверждающую основную задачу — разбить армии генерала А. И. Деникина. С этой целью было приказано: а) 14-й армии перейти в наступление и занять железнодорожную линию Бахмач — Ворожба — Сумы — Готня;

б) группе Селивачева овладеть железнодорожной линией Готня — Борисовск — Ольшаны (13-я армия) и Харьков — Купянск — станция Евстратово и Павловск (8-я армия); в) группе товарища Шорина овладеть станциями Урюпинской — Калач, затем выйти на линию Павловск— река Дон — Красноярск (Красноярский) — станица Раздорино.

Эта директива ставила перед красными, в сущности, невыполнимые задачи. 14-я армия была не в состоянии даже демонстрировать наступление. Она совершила длительный отход под натиском добровольческих частей, была деморализована. Для приведения ее в порядок требовалась длительная и упорная работа[131], о чем свидетельствуют сами советские военные историки[132].

Таким образом, обе стороны пытались добиться успеха путем активных наступательных действий. На этом фоне продвижение группы В. И. Селивачева далее на юг приводило к тому, что в случае полного успеха контрудара Добровольческой армии по флангам этой красной группировки ее дивизии оказывались в мешке.

К тому же наступательные действия В. И. Селивачева не были надежно прикрыты кавалерией, а в распоряжении генерала В. З. Май-Маевского была хорошо подготовленная казачья конница — 3-й Кубанский корпус генерала А. Г. Шкуро. Напомним, что дивизии В. И. Селивачева действовали фактически вне оперативного взаимодействия с группой В. И. Шорина, поэтому сражавшаяся на Хопре 9-я армия, скованная действиями донских корпусов, не могла оказать существенной помощи продвигавшимся в направлении Харькова дивизиям 8-й армии.

Быстро перегруппировав войска, генерал В. З. Май-Маевский начал операцию против фланговых дивизий В. И. Селивачева. Уже 26 августа, в то время как острие большевистского клина у Купянска продолжало продвигаться на юг, его основание под ударами добровольцев и кубанцев стало отступать, то есть белые сразу вынудили части 42-й дивизии оставить Новый Оскол и Волчанск[133].

Первоначально в штабе В. И. Селивачева надеялись собственными силами приостановить отход фланговых дивизий, отдав 31 августа приказ о ликвидации прорвавшегося со стороны Белгорода и Бирюча противника. Однако 2 сентября правый фланг группы (уже упоминавшейся 42-й дивизии), а после и прочие части (12, 15, 16 и 13-я дивизии) стали отступать. 3 сентября В. И. Селивачев отдал приказ об отходе своей группы на линию Новый Оскол — Бирюч — Белгород — Павловск — Воробьевка.

К 15 сентября дивизии красных оказались на исходной позиции. Более того, их правый фланг был отодвинут к северу от этой линии на 50–60 км[134].

По словам генерала А. И. Деникина, в течение второй половины августа (по старому стилю) под ударами белых, оставляя пленных и оружие, группа В. И. Селивачева уходила на северо-восток. Окончательное ее окружение не состоялось только из-за пассивности левого крыла (3-го Донского корпуса) Донской армии. К началу сентября Добровольческая армия снова успешно наступала в направлении Воронежа, Курска и Десны[135]

.

Об отходе В. И. Селивачева на северо-восток свидетельствуют советская сторона[136] и оперативные сводки штаба Главнокомандующего ВСЮР. В последних говорится об отступлении красных под натиском 1-го корпуса на Волчанском направлении[137]. При этом, в свете рассмотренной операции 9-й армии против 2-го и 3-го Донских корпусов, нельзя согласиться с генералом А. И. Деникиным в том, что «Канны» группе В. И. Селивачева не были устроены только вследствие пассивности 3-го Донского корпуса.

Он, как мы помним, испытывал давление с фронта 9-й армии и вынужден был отходить на Лискинском направлении. Обороняться против дивизий А. К. Степина с фронта и одновременно осуществлять активные операции ударами в левый фланг группы В. И. Селивачева у командования этого корпуса попросту не было сил.

Успех добровольческих и казачьих частей против советских ударных групп в последних числах августа — первых числах сентября очевиден. Однако стратегическое положение Добровольческой армии оставалось непростым.