Московский поход генерала Деникина. Решающее сражение Гражданской войны в России. Май-октябрь 1919 г.

Командовавший Особой группой В. И. Шорин также не проявил оперативного таланта в ходе боевых действий в августе 1919 г., но его несостоятельность как командующего группой армий в полной мере проявилась в январе 1920 г. Тогда по приказу В. И. Шорина элита Красной армии — Первая Конная армия — несколько раз в лоб атаковала позиции Донской армии и Добровольческого корпуса на левом берегу Дона, понесла большие потери, но так и не добилась успеха[366].

Несколько слов о командармах Южного фронта.

На важнейшем Курском направлении в августе сражалась 13-я армия. Курск, можно сказать, ворота красной Москвы. От действий этой армии не в последнюю очередь зависела судьба большевистской столицы, а успех армии напрямую был связан с грамотностью управления ее дивизиями. Командовал армией бывший штаб-ротмистр А. И. Геккер. О том, насколько грамотно он это делал, показывает, к примеру, разговор, состоявшийся 15 сентября между ним и командующим Южным фронтом В. Н. Егорьевым, в ходе которого А. И. Геккер докладывал, что его части в 15 верстах юго-восточнее Суджи сбросили «противника в реку Псел…». Свои части, оперировавшие на обояньском шоссе, командующий 13-й армией характеризует как «слабые». Геккер докладывал и об отходе развернутых левее от 13-й армии частей «…12, 15 и 16-й дивизий 8-й армии…», сообщая о своих планах «нанести пративнику енергичный удар („пративнику“ и „енергичный“ — в тексте. — Авт.) в общем направлении от Оскола на ст. Солнцево…». Он также ставит группировке своих войск задачу вести «енергичное наступление на железной дороге Курск — Белгород для действий во фланг и тыл противника»[367].

В словах А. И. Геккера немало противоречий, характеризующих его как неспособного полководца, на которого, однако, командование Южного фронта возложило ответственнейшую задачу — руководить армией, сражавшейся на важнейшем Курско-Орловском направлении. В частности, командующий 13-й армией называет слабыми части, оперирующие на обояньском шоссе, то есть прикрывающие Курск, но планирует нанести удар вдоль железной дороги Курск — Белгород во фланг и тыл противнику, указывая при этом на отход частей 8-й армии, который обнажал фланг армии А. И. Геккера: неустойчивость его частей на обояньском шоссе грозило самой ударной группе.

Его начальником штаба был Андрей Мерардович Зайончковский, командовавший в Первую мировую 30-м армейским корпусом. В 1915 г. этот корпус должен был овладеть Луцком. В оперативное подчинение генерала А. М. Зайончковского вошла Железная дивизия генерала А. И. Деникина, призванная содействовать 30-му корпусу в овладении городом.

Однако предпринятое дивизиями генерала А. М. Зайончковского наступление оказалось безуспешным. Тогда Луцк атаковали стрелки генерала А. И. Деникина. Они и заняли город. Вместе с передовыми частями дивизии в Луцк на автомобиле въехал и их командир, тут же отправивший донесение генералу от кавалерии Алексею Алексеевичу Брусилову, в подчинении которого находились 30-й корпус и Железная дивизия, донесение о взятии города. Вскоре в штаб генерала от кавалерии Алексея Алексеевича Брусилова пришла телеграмма и от генерала А. М. Зайончковского аналогичного содержания.

На втором донесении Алексей Алексеевич сделал пометку: «…и взял там в плен генерала Деникина»[368]. На склоне лет Антон Иванович, вспоминая о присвоении ему за взятие Луцка чина генерал-лейтенанта, не отказал себе в удовольствии саркастически заметить, что требование А. М. Зайончковского о награждении его Георгиевским крестом было отклонено[369].

Словом, в Первую мировую Андрей Мерардович, в отличие от генерала А. И. Деникина, не прославился блестящими операциями. Надо полагать, что этот генерал был скорее склонен к научной, академической работе. После войны он написал фундаментальный труд по истории Первой мировой войны.

Возглавлявший 9-ю армию А. К. Степин был избран после революции солдатами командиром полка, высшего военного образования не имел. Кого солдаты выбирали командиром полка в трагические для русского оружия месяцы 1917 г.? Того, кто не заставлял их воевать и сквозь пальцы смотрел на нарушения дисциплины, братания с врагом, пьянство и истязания офицеров.

Понятно, почему неудачно действовала 9-я армия. Однако и 8-я армия не добилась успеха, хотя во главе ее стоял гораздо более подготовленный военачальник — получивший в 1917 г. чин генерал-майора А. И. Ратайский.

Думается, этот командарм и не стремился нанести поражение противнику. В октябре 1919 г. А. И. Ратайский перешел на сторону белых. 10-й армией командовал бывший подполковник Л. Л. Клюев, до ранения А. И. Егорова стоявший во главе штаба этой армии, а с июня 1920 г. — штаба 1-й Конной армии, то есть, по сути, был понижен в должности.

По словам С. М. Буденного, Л. Л. Клюев был хорошим начальником штаба, но имел слабый характер, не обладал настойчивостью и твердой волей — качествами, крайне необходимыми для командарма, особенно в Гражданскую войну[370].