Московское царство. Процессы колонизации XV— XVII вв.

Через полвека Московское государство сделалось намного сильнее и уже могло бросить вызов Великому княжеству Литовскому. К Москве тяготели православные князья и города Литвы. К тому же неумение литовских государей оборонять южные рубежи от набегов татар заставляло их подданных во множестве склоняться мыслями к переходу под власть великих князей Московских. По подсчетам современных историков, три из пяти набегов крымских татар на земли Литовской Руси оказывались успешными…

К большой войне требовался только повод. Литовско-польские монархи с тревогой смотрели на подчинение Москве Новгорода Великого и Твери, где в последние десятилетия литовское влияние было весьма сильным. В свою очередь, Иван III не видел оснований оставлять под властью западного соседа старинные русские земли и претендовал на возврат всей Литовской Руси. Чувствуя его силу, русские князья, подданные польско-литовского государя Казимира IV, начали один за другим переходить с семьями и войсками на сторону Москвы.

Так вот, в большой войне 1499–1503 годов Великое княжество Литовское не то чтобы потерпело поражение, нет, на него обрушилась катастрофа. Весной 1503 года между Москвой и Вильно было установлено перемирие, завершившее войну. Великое княжество Литовское отдало Чернигов, Любеч, Торопец, Путивль, Брянск, Дорогобуж, Мосальск, Мценск, Трубчевск, Серпейск, Новогород-Северский, Рыльск, Гомель, Стародуб, Хотимль и Мглин, Карачев, Радогощ, Белую, а также ряд других городов. Это был самый крупный военный успех за всю жизнь Ивана III, наполненную громкими победами. Россия приобрела земли, сравнимые по площади с громадной Новгородчиной и, видимо, превосходившие ее по численности населения.

Итого за время правления Ивана III Московское государство стало в 4–5 раз больше, чем было Московское княжество в середине XV столетия.

Василий III продолжил политику отца, нацеленную на объединение всех русских земель, присоединив Псков (1510), Смоленск (1514) и Рязань (1521), а вместе с ними – обширные области. Теперь во сколько раз больше – в шесть? В семь?

Итак, в 1463–1521 годах родилась Россия. На то, чтобы Московское княжество покинуло статус второстепенного удельного владения и стало крепкой региональной державой, потребовалось без малого два века. А на то, чтобы из него выросло мощное Московское государство, понадобилось всего лишь 58 лет. Рождение России – территориальный взрыв.

Между 1521 и 1552 годами Россия обороняла то, что вырвала у Литвы и у Орды. Почти ничего не потеряла, хотя на фронте борьбы с нашествиями крымцев пролила немало своей крови. И вот в 1550-х годах второй территориальный взрыв: присоединение Казанского и Астраханского «юртов». В обоих случаях – с боем. Но если Казань потребовала десятков тысяч жертв, напряжения сил на пределе, там победа и поражение долго балансировали на весах воинского успеха, то Астрахань взяли играючи, без особенных потерь. Имя Русского царства уже сделалось страшным. С ним не хотели бороться, зная судьбу Казани.

Итак, между 1552 и 1556 годами – новое, очень существенное территориальное приращение.

Притом совершенно особое приращение: падение Казани открыло широкую и прямую дорогу на Восток. Казанские владения и прежде можно было миновать, обойти с севера, но в этом случае они оказывались в тылу и на фланге русской экспансии на Урал и в Сибирь. Теперь Казань стала частью России, и перед Москвой как будто рухнули запертые врата: вся восточная часть Евразии оказалась полем, которое манило возможностью продвижения далеко, бесконечно далеко вперед.

Здесь необходимо ненадолго остановить «просмотр документальной хроники» русского расширения. До сих пор Россия росла, сражаясь со своими традиционными противниками, превращая оборону в наступление, то есть в общем следуя давно проторенными дорогами внешней политики. Последняя четверть XVI столетия – время очень серьезных изменений. Русская экспансия была перенаправлена. И этот поворот оказался чрезвычайно выигрышным для всей последующей истории Московского царства. Более того, он сыграл одну из основополагающих ролей в исторической судьбе всего мира.