Мозаика Великой Отечественной. От 22 июня до Курской дуги

Однако одновременно 4-я тд разделяла с другими соединениями общие проблемы Красной армии 1941 г. Потатурчев вовсе не лукавил, когда упомянул серьезные проблемы с запчастями к танкам. Еще острее стояли проблемы с боеприпасами. Бронебойные снаряды к 76-мм пушкам в 4-й тд по состоянию на апрель 1941 г. отсутствовали. Частично их нехватка компенсировалась шрапнельными выстрелами. Поставленная на удар шрапнель в 1941–42 гг. часто заменяла штатные бронебойные снаряды. Новейшие 37-мм зенитные автоматы были обеспечены боеприпасами всего на треть от штата. Ситуацию с кадрами Потатурчев описал на допросе достаточно точно. По состоянию на апрель 1941 г. укомплектованность 4-й тд начсоставом составляла 85 %, младшим начсоставом – 85 % и рядовым составом – 105 %.

На 22 июня 1941 г. 6-й МК был самым сильным резервом Западного фронта. Однако ввиду недоразвернутости Красной армии немецкое наступление практически на любом направлении приводило к коллапсу обороны. Допрос Потатурчева достаточно ярко рисует картину происходившего. 6-й МК и его 4-я тд были разделены на две части: одна направлена на рубеж Нарева, а вторая включена в состав так называемой конно-механизированной группы Болдина для контрудара под Гродно. Это не являлось ошибкой самого Потатурчева, такая практика изъятия мотострелков и танков из дивизий вышестоящими инстанциями была типичной для армий прикрытия в июне 1941 г.

Согласно данным немецкой разведки, под Гродно действовал только 8-й тп 4-й тд, остальные ее части отмечались в контрударах по немецким плацдармам на Нареве. Фактически группа Болдина представляла собой крупную массу танков при минимальной поддержке пехоты и артиллерии. Противником группы Болдина был XX AK 9-й армии немцев, имевший на тот момент наступательную задачу – захватить переправу через Неман у Лунны.

В наступление главные силы группы Болдина перешли вечером 24 июня. Сопоставление нарисованной Потатурчевым на допросе схемы с немецкими данными приводит к выводу, что противником частей его дивизии была 256-я пд XX корпуса. В ЖБД XX AK эти атаки были описаны следующим образом: «До вечера 256-я пд успешно отражает 12 танковых атак. В ходе этих боев уничтожено около 80 танков. При этом особенно отличились 210-й батальон штурмовых орудий и II батальон 4-го зенитного полка»[15]

. Как мы видим, у немецкой пехоты в районе Кузницы были 88-мм зенитки, а также САУ StuGIII, бороться с которыми было проблематично даже КВ и Т-34 ввиду отсутствия у последних бронебойных снарядов. Тем не менее ввиду нарастающих по силе советских танковых атак командир XX AK генерал Матерна был вынужден отказаться от продвижения вперед: «Уже подготовленный приказ по корпусу о наступлении не передается в части»[16].

С утра 25 июня наступление группы Болдина было возобновлено. В ЖБД XX AK отмечалось: «14:00 – Генерал Кауфман, командир 256-й пд, лично сообщает о мощной танковой атаке противника с участием тяжелых танков на Кузницу, около 200 танков атакуют его дивизию с юго-запада. Корпус немедленно вызывает «штуки», которые вскоре поднимаются в воздух и рассеивают атакующих, нанося им большие потери»[17]

. Это перекликается с показаниями Потатурчева о сильных ударах с воздуха. Массированные советские танковые атаки 25 июня подтверждаются ЖБД 256 пд: «В полосе 456-го пп во второй половине дня происходит танковая атака силами 150–200 танков одновременно. Многие из них уничтожены»[18]. Наблюдавший за контрударом 6-го МК командир 11-го МК Д. К. Мостовенко позднее писал в своем отчете по итогам боев: «Наступление 6 МК успеха не имело. 4 тд продвинулась до Кужница и стала отходить»[19]

.

Контрудар группы Болдина был свернут 26 июня в связи с общим отходом войск Западного фронта. Каковы же были его итоги? Немецкий исследователь Белостокского котла Хейдорн писал: «Без сомнения, советские атаки 24 и 25 июня южнее и юго-восточнее Гродно завершились тяжелым тактическим поражением. Несмотря на использование большого числа танков, русским не удалось разгромить расположенные на не слишком удачных позициях части германского ХХ АК. Напротив, были понесены тяжелые потери в танках»[20]. Тем не менее Хейдорн признает: «На оперативном уровне, однако, советские атаки принесли успех. Германский ХХ АК оказался настолько серьезно скованным, что лишь 27 июня оказался в состоянии вновь перейти к наступлению. Таким образом, он потерял 3,5 дня»[21].