Мозаика Великой Отечественной. От 22 июня до Курской дуги

Практически сразу 55-я тбр М. Д. Синенко и сводный батальон были выдвинуты для отражения танковой атаки противника. Прикрываясь складками местности, советские танкисты вышли к Корпечи и встретили противника огнем с места. Подбив 9 танков и расстроив боевые порядки атакующих, 55-я тбр вынудила противника отступить. Танки Pz.II с 20-мм и Pz.38(t) с 37-мм пушкой мало что могли сделать КВ, больше шансов имели Pz.IV с 75-мм орудием (кумулятивные боеприпасы к которому в 11-й А в этот период имелись и расходовались[242]). Закрепляя успех, танкисты преследовали противника до района трех курганов, затем вернулись в лощину у Корпечи. Нельзя не отметить, что пресловутый эскарпированный ручей в отчете 55-й тбр не упоминается вовсе, скорее всего, ввиду знакомства танкистов с бродами через него.

По советским данным, в 15:00 немецкая танковая атака была повторена при поддержке пехоты (по немецким отчетам, это были части одного наступления, два эшелона). На этот раз 55-я тбр одним танковым батальоном контратаковала врага в лоб, а вторым – во фланг. Этим маневром противник был обращен в бегство. Подбив еще 4 танка противника, советские танкисты перешли в преследование, уничтожая живую силу огнем пушек, пулеметов и огнеметов. Как отмечалось в отчете 55-й тбр по итогам боев: «Особенно эффективно действовали огнеметные танки, уничтожая своим огнем бегущую назад пехоту противника»[243]. Немцами было замечено использование огнеметных танков, в отчете 22-й тд оно упоминается. Достигнув района трех курганов, танки 55-й тбр попали под сильный противотанковый огонь противника и вернулись в исходное положение. Уже вечером 55-я тбр попыталась развить успех, атаковав высоту с тремя курганами танками с десантом пехоты, но под сильным огнем противника отошла на исходные позиции.

Согласно отчету 55-й тбр, за 20 марта было подбито и сожжено 20 танков противника в районе юго-восточной и южной окраин Корпечи и в районе высоты с тремя курганами, уничтожено до одной батареи ПТО и 4 полевых орудия, уничтожено и сожжено огнеметными танками до двух батальонов пехоты. Потери бригады за день составили 6 Т-26, 2 КВ и 3 Т-60 подбитыми, 2 ХТ-133 и 1 Т-34 сгоревшими[244]. Их можно оценить как умеренные.

Что касается потерь противника, то здесь целесообразно воспроизвести полные подсчеты германского командования. Первоначально «наверх» было доложено о потере всего 12 танков, в отчете для фюрера число возросло до 32[245], однако действительное число оказалось даже больше (см. таблицу 3).

Таблица 3. Состояние и потери 22-й тд[246]

Как позднее писал командир 204-го тп, попытки вытащить подбитые машины успеха не имели[247]

. Фотоснимки советских военных корреспондентов с Крымского фронта говорят о захвате по крайней мере двух танков Pz.IV и одного Pz.38(t) исправными, без видимых повреждений. Они позднее использовались с советскими опознавательными знаками. Скорее всего, это были машины, застрявшие на рубеже ручья. В документах фронта эти трофеи в составе бригад и полков не отражены.

Потери вооружения 22-й тд за день боя, согласно отчету соединения, также оказались весьма внушительными. Людские потери соединения (см. Документ № 2) составили почти 1100 человек, с большой долей вероятности пропавших без вести. Таким образом, утверждение в отчете 55-й тбр про два сожженных огнем батальона если и преувеличение, то не слишком большое.

Наказаний по итогам разбирательства не последовало, даже командир 22-й тд усидел на своей должности, хотя позднее громкой карьеры не сделал. Манштейн в мемуарах пишет, что позднее, в майском наступлении, 22-я тд «оправдала возложенные на нее надежды». Однако к тому моменту, помимо проведенных учений, дивизия получила новую технику – танки Pz.III и Pz.IV с длинноствольными орудиями, давшими немцам новые возможности в танковом бою.

20 марта 1942 г. 22-я тд оказалась не подготовлена к условиям войны в Крыму. Ее особенности в докладе в ОКХ Манштейн обрисовал яркими красками: «Большой расход артиллерийских боеприпасов, постоянные атаки очень крупных сил авиации, применение установок залпового огня и большое число танков (среди них много тяжелейших) превращают бои в сражение техники, ничем не уступающее сражениям Мировой войны»[248]. Здесь нельзя не отметить, что в этих же жестких условиях действовали соединения Крымского фронта. Менее всего они заслуживают пренебрежительного к ним отношения.

Танки 38(t) (чехословацкого производства) 22-й тд выгружаются с платформ в Крыму.

Документ № 1[249]

21.3.42. 11-я армия, оперативный отдел.

Начальнику штаба ГА «Юг»

В связи с телефонным разговором начальника штаба ГА

«Юг» с начальником штаба 11-й А в 17:45 21.3

По поводу неудачной атаки 22-й тд штаб армии докладывает: