Муссолини. История одного диктатора

Муссолини пишет: «Разворачивается фашистская контратака. Пока я пишу эти строки, вокруг дымятся пожары уцелевших рабочих палат и коммунистических союзов». В июле к его ногам падают Равенна, Римини, Новара, Витербо и Кремона. Самая важная социалистическая администрация Италии, миланская, также попадает под раздачу: 6 августа фашисты берут штурмом Палаццо-Марино, резиденцию муниципалитета, и изгоняют социалистов, избранных гражданами. С балкона дворца Д’Аннунцио разглагольствует о праздничном для чернорубашечников дне. Редакция Avanti! снова разгромлена.

Так испытание силы левых оборачивается испытанием мощи ультраправых. Настает время брать власть в свои руки.

В конце июля – начале августа приходит конец 221 социалистической администрации: Анкона, Бари, Терни, Варезе, затем Чивитавеккья, Савона и, наконец, Больцано, Тренто, Виченца, Беллуно… Колонну, взявшую 2 августа Анкону, свидетели описывают так: «Черные рубашки и береты. Один в небесно-голубой накидке. Другой – в железном шлеме. У третьего кавалерийский мушкет. У многих на груди большие черепа. Все с вычурными дубинками, палками с железными наконечниками. Над ними реет трехцветный флаг, они сообщают о своем приближении выстрелами и песнями…» И еще: «Их тысячи, вооруженных револьверами и ручными гранатами на предохранителе, которые они бросают себе под ноги прямо на улицах, возможно, чтобы показать: они не боятся смерти».

Только Парма все еще сопротивляется. Десять тысяч фашистов во главе с Итало Бальбо осаждают Ольтреторренте – рабочий квартал, удерживаемый смельчаками из местного населения под командованием Гвидо Пичелли. В первых стычках гибнут член городского совета Улисс Корацца, два механика, 24-летний Карлуччо Мора и 17-летний Марио Томба, а также 14-летний Джино Газзола. Вмешивается армия, и Бальбо вынужден отступить. Он заявляет, что потерял 15 человек, но не называет их имена.

<p>Линчевание коммуниста</p>

20 сентября 1922 года Муссолини произносит речь в Удине, оправдывая преступления, которые его люди совершают каждый день: «…И я пришел к насилию. Насилие не аморально. Иногда оно, наоборот, морально… насилие имеет решающее значение, в конце июля и в августе за 48 часов систематического и воинственного насилия мы достигли того, чего не смогли бы достичь за 48 лет проповедей и пропаганды. Поэтому, когда насилие разрешает гангренозную ситуацию, оно совершенно нравственно, священно, просто необходимо».

Через несколько дней слова дуче эхом отдаются в Форли. Фашисты оккупируют город. Среди прочих они хватают в собственном доме Доменико Мартони, 23-летнего рабочего-коммуниста, избивают его, привязывают к грузовику и тащат по улицам. Затем фашисты мочатся ему в рот, стреляют в него и бросают прямо на мостовой в диких мучениях. Мартони – или то, что от него осталось, – умирает утром 1 октября в больнице Форли.

Журнал Il littore

30 сентября публикует стихотворение под названием «Святая дубинка»:

Деревянные головысверху и снизубыли прирученыв четыре удара,им вправила мозгсвятая дубинка.Бревно было брошено

на спины, на головы,с силой упало,на месте держалои вдруг исцелилотех, кто глупым был,им разум вернуласвятая дубинка.Когда коммунист

распрямиться посмеет,прибудет фашист,чтоб сломать ему шею.Давай, слава богу,назови гениальным,все делает яснымсвятая дубинка.Народ, чье состояние

не может обойтисьбез здравого смысла.Италия! Ты приручиладикого зверя!Ура дубинке!Святой дубинке!

Министр юстиции Джулио Алессио в письме от 10 октября 1922 года, адресованном Джованни Джолитти, главе партии, подводит баланс насилия. За 40 дней зафиксировано огромное число преступлений по политическим мотивам: «74 убийства, 79 случаев нанесения телесных повреждений, 75 случаев насилия в отношении частных лиц, 72 случая причинения ущерба имуществу, 37 поджогов. Некоторые области живут в постоянном страхе террора. Уголовные процессы в них вести невозможно, поскольку и потерпевшие, и свидетели боятся давать показания, чтобы не быть убитыми или по крайней мере избитыми».

Фашисты вышли из тени. Они больше не ездят по ночам на грузовиках. Молодчики теперь садятся в поезд, разумеется, без билета. Если железнодорожники протестуют, их жестоко избивают. Сквадристы Галларате убивают машиниста Ванцетти. Бригадир из Рима избит, начальник станции в Болонье тяжело ранен. Иногда они вымогают деньги у пассажиров или требуют выкуп; в других случаях они останавливают поезд аварийным сигналом, чтобы их товарищи могли сойти или сесть.