Муссолини. История одного диктатора

Марш на Рим не стоит считать ни удачной ставкой, ни безрассудной авантюрой, но отравленным плодом трех лет насилия. Фактически на протяжении нескольких лет идет целенаправленная кампания, подтверждавшая: фашисты – самые решительные, жестокие, безжалостные и потому самые сильные. Другими словами, дуче незачем взбираться на дерево, чтобы сорвать самое дальнее яблоко с самой высокой ветки: достаточно встряхнуть дерево, чтобы спелое яблоко само упало к его ногам. Четко проявляются трусость, слабость и несостоятельность либеральной Италии, над которой легко берут верх энергия, цинизм и безжалостность лидера фашистов.

Муссолини и его приспешники еще не завладели всей Италией и не получили доступ к государственным институтам и полномочиям, но уже осознали свою огромную силу и расправились с врагами – сначала с социалистами и коммунистами, потом с политически умеренным населением и католиками. Дуче и его молодчики вынудили регулярно избираемых левых мэров, а затем и лояльных государству префектов уйти в отставку. Более того, они заключили союзы на высшем уровне вооруженных сил и королевской семьи, начиная с Эммануэля Филиберта Савойского, герцога Аостского[56], «непобедимого герцога», и матери короля Марии Виттории даль Поццо.

Конечно, от короля требуют подписать осадное положение, арестовать Бенито Муссолини и нейтрализовать фашистов. Однако это фактически означает гражданскую войну, и в победе нет никакой уверенности. Разумеется, армии вполне по силам уничтожить отряды куда менее многочисленные и агрессивные, чем заявляет Муссолини. Но когда король спрашивает Армандо Диаса, победителя в Первой мировой войне, может ли он опереться на армию, то слышит следующее: «Само собой, Ваше Величество, но лучше не подвергать ее такому испытанию». Ответ лицемерный, но ясный: на армию рассчитывать нельзя.

Прав ли был король, погрязший в самообмане, мог ли он доверить правительство Антонио Саландре или другому испытанному человеку, а не уступать Бенито Муссолини, отдав власть в грязные руки? Вряд ли. Впрочем, король Виктор Эммануил III – не сумасшедший и не соучастник преступлений фашистов. Просто он проиграл.

Многие, в том числе интеллигенция, подстраиваются под новый режим, ошибочно считая дуче лишь временной политической фигурой, от которой, как и от всех остальных, можно получить пользу. Позже они поймут, как ошибались. К их числу относятся и Бенедетто Кроче[57], и Альчиде де Гаспери, и Джованни Джолитти, и его заклятый враг Гаэтано Сальвемини. Кроче в 1925 году напишет Манифест антифашистской интеллигенции… Другие, как Пьеро Гобетти[58], чувствуют приближение катастрофы, но не противятся. И только малая часть мгновенно отказывается сотрудничать с фашистской властью. Граф Карло Сфорца, посол в Париже, подает в отставку, считая, что доносить до французов идеи нового правительства и их бессовестного предводителя попросту опасно. Дуче вызывает Сфорцу в Рим и изо всех сил пытается переубедить. Свежеиспеченный правитель Италии толсто намекает: «А знаете, я ведь могу поставить вас к стенке и начинить двенадцатью пулями!» Угроза преступника, не вождя государства, но главаря банды.

28 октября – роковой день

Суббота – особенный день в Риме. В этом городе дожди даже осенью кажутся грозовыми, начинаются внезапно и быстро угасают. 28 октября дождь шел практически весь день.

24 октября на Пьяцца-дель-Плебисцито в Неаполе Муссолини объявляет акцию, призванную «схватить жалкий правящий класс за горло». В то же время по всей Италии вербуют новых чернорубашечников, чтобы использовать для государственного переворота. Некоторые газеты оценивают их число в 50 тысяч, правительство – куда скромнее, всего 15 тысяч. Дуче провозглашает: «Говорю вам со всей торжественностью: или нам отдают всю полноту власти, или… мы сами возьмем ее после марша на Рим!» Закончив зажигательную речь, Муссолини запирается в самом красивом отеле города, «Везувии», с несколькими ближайшими сторонниками, чтобы выстроить план.

Восстание возглавят четверо, союз которых впоследствии будут называть Квадрумвиратом. Самый яркий из них – хитроумный преступник, 26-летний Итало Бальбо, фактический правитель Феррары, один из самых жестоких и безжалостных фашистских головорезов. Позже Бальбо привлечет к суду тех, кто обвиняет его в организации подлого убийства дона Джованни Минцони, но проиграет дело. Он отважен, не побоится пересечь по воздуху Атлантический океан и резко выступить как против расовых законов, так и против вступления в войну вместе с Гитлером. Муссолини разочарует позиция когда-то верного соратника. При вступлении Италии в войну Бальбо соберет семью и скажет им: «Живым не вернусь». Через несколько дней итальянская зенитка, видимо, по ошибке, собьет его в небе над ливийским городом Тобруком.