Муж под прикрытием. Шесть жизней мистера Джордана

Когда я вошла, в зале сидели люди, ожидавшие своих слушаний. Гораздо больше было юристов в мантиях и париках. Они представляли своих клиентов, как присутствующих, так и отсутствующих. Я спросила у молодой женщины-адвоката, что мне делать, и она велела посмотреть список дел на столе, чтобы узнать время рассмотрения, а потом просто сидеть и ждать, когда меня вызовут.

Стоять перед незнакомым человеком, который смотрит на тебя и предъявляет обвинение, было тяжело и унизительно. Ты теряешь контроль над происходящим и чувствуешь себя униженной. Когда назвали мое имя, мне показалось, что все тело налилось свинцом. Я вышла вперед, с трудом передвигая ноги. Мне казалось, что я завязла в холодной овсянке. И чувствовала, как на меня смотрят те, кто еще ожидал своей очереди.

Адвокат финансовой компании подтвердил, что соглашение достигнуто. Судья пожурил его, поскольку в юридическом документе говорилось, что компания хочет получить полную стоимость машины «и» саму машину, а не «или». По мнению судьи, это было слишком. Кроме того, в документе не были отражены судебные издержки. Затем судья повернулся ко мне и задал несколько вопросов – не помню, о чем он спрашивал. А потом мне сказали, что все закончено. Я не понимала, что произошло и какое решение принято. Судя по всему, предложение Уилла приняли, и первый платеж мы должны были сделать в конце месяца. Поверить не могла, что это действительно случилось со мной.

Естественно, никаких денег он не выплатил, и через месяц суд постановил вернуть машину – но у меня ее не было.

Весь смысл этой судебной шарады заключался в том, чтобы Уилл получил возможность еще месяц пользоваться машиной. Я пережила такое унижение, чтобы он смог отсрочить неизбежное. После написала адвокатам, что «Мерседес» находится в сервисном центре в Англии, и с тех пор я от них ничего не слышала.

Мой декретный отпуск закончился, и я снова начала работать консультантом по маркетингу и мотивационным тренером. Я решила подыскать квартиру, чтобы съехать от родителей. Мне нужно было встать на ноги и более не зависеть от Уилла. Он сказал, что ситуация начала меняться, но больше я не полагалась на его слова. В августе 2005 года мне удалось найти хорошую квартиру с небольшой оплатой, и я переехала туда вместе с детьми.

Уилл периодически нас навещал, порой каждые выходные. Вскоре после моего переезда мы с ним даже съездили в Лондон, оставив детей моей сестре. Мы два дня провели в отеле, наконец-то посмотрели «Призрака Оперы», сходили в японский ресторан – официанты явно знали Уилла и здоровались с ним. Когда я спросила, откуда они его знают, он объяснил, что часто обедает здесь. Мне очень понравилось в ресторане – гости там сидели с трех сторон большой кухонной плиты, и шеф готовил блюдо прямо здесь. Шеф весело болтал с Уиллом, и нам обоим это очень понравилось. Еда была превосходная. Чудесный вечер!

Пока мы отсутствовали, Уилл часто звонил Элис. Мне он объяснил, что девушку преследует ее бывший и ей нужно с кем-то поговорить. Она глубоко разочаровалась в работе на ЦРУ – и не без оснований, поскольку там ей пришлось нелегко. Когда через пару месяцев после нашей поездки в Лондон Элис исчезла, это не показалось мне странным. Он же серьезно беспокоился, но потом сказал, что у нее умер дядя и она уехала поддержать мать в этом горе.

Уилл снова привез домой серверы – уж не знаю, где они были. Но поскольку в моей квартире для такого оборудования не было места, а у меня не было желания его размещать, он оставил лишь небольшой сервер электронной почты, а все остальное отправилось на склад.

В октябре 2005 года Нил и его невеста Кэти пригласили нас на ужин. Это был тот редкий случай, когда Уилл сумел пойти вместе со мной. Нилу уже исполнилось сорок шесть лет, он всю жизнь играл в регби и мог перепить любого за столом. Мой брат – отличный человек, который умеет наслаждаться жизнью. Но у него до сих пор не было ни детей, ни женщины, с которой можно было бы разделить радость жизни. Нил решил, что пора узнать моего мужа получше – и проверить его по полной. Уилл вообще не переносил алкоголя. Стоило ему чуть-чуть выпить, и он начинал болтать о том, чего лучше было не говорить. Даже я узнавала много интересного, стоило мне подлить ему побольше.

Я очень нервничала, что Уилл выпьет лишнего и окончательно скомпрометирует себя в глазах моего брата, поэтому мы договорились о стоп-слове – «дядя». Если Уилл начнет говорить лишнее, я произнесу это слово, и он перестанет пить.

Вечер выдался очень приятным и спокойным. Мы чудесно поужинали и отлично поладили. У брата была очень уютная квартира. После ужина мы расположились в гостиной, мужчины выпили еще вина, и Уилл стал рассказывать о своей работе. В какой-то момент я произнесла стоп-слово и откровенно сказала, что ему не стоит так много говорить. Брат влил в него спиртного достаточно, чтобы потопить большой корабль. На столе стояло не меньше шести пустых бутылок красного вина. Учитывая, что я была за рулем, а Кэти выпила пару бокалов, можете себе представить, в каком состоянии были мужчины.