Мужчина ее мечты

— Вы что, все манекенщицы? — спросила Хизер, оставшись с женщинами и ребенком, когда мужчины оттеснили Жан-Люка в другой конец помещения.

Шанна с ребенком на руках рассмеялась:

— Вовсе нет. Я стоматолог. Мой муж — владелец «Роматек индастриз», Грегори — один из наших вице-президентов. Ангус — директор «Бюро безопасности и расследований Маккея».

— О. — Хизер взглянула на дверь. Робби продолжал ее охранять. Придется ей на некоторое время задержаться.

— Ты здорово дралась, — обратилась к ней Эмма.

— Спасибо. — Ну, раз уж она тут задержалась, не попробовать ли выудить какую-нибудь информацию? — А что вам известно о Луи?

Шанна переместила пухлого малыша на бедро.

— О, это печальная история. Он давно преследует Жан-Люка.

— Ангус рассказал нам кое-что по дороге сюда, — продолжила Эмма с легким британским акцентом. — Луи убил двух прошлых девушек Жан-Люка.

— Я не его девушка, — пробормотала Хизер. — Я только сегодня вечером познакомилась с мистером Эшарпом.

— Не важно, — произнесла Эмма. — Пока Луи думает, что вас двоих что-то связывает, ты будешь его мишенью.

— Я понимаю твое нежелание принимать предложение Жан-Люка защищать тебя, — сказала Шанна. — У меня тоже была похожая ситуация, когда Роман охранял меня. До того как мы поженились.

Хизер бросила взгляд в сторону мужчин. Сгрудившись в другой части комнаты, они о чем-то тревожно перешептывались. Все они были поразительно хороши собой, но что-то неуловимое делало их не похожими на остальных людей.

— Я не сразу узнала Романа и научилась доверять ему, — продолжала Шанна. — Я понимаю твое нежелание довериться незнакомому человеку. Но я знаю Жан-Люка уже два года. Парень — совершенно благонадежный. И милый. Он всегда предупредителен по отношению к Роману и ко мне.

— Он и меня как-то спас, — добавила Эмма. — Он лучший фехтовальщик Европы.

— Об этом я уже наслышана, — вздохнула Хизер.

Его друзья не скупились на похвалы. Она взглянула на Жан-Люка. Сомневаться не приходилось, что он стоящий парень. У него было тело атлета, и она видела, какой он ловкий и находчивый в бою. Никакой элегантный смокинг не мог скрыть исходившую от него силу.

Недостаток номер четыре: он слишком хорош собой.

— Он красивый, тебе не кажется? — прошептала Шанна.

Хизер вздрогнула. Надо же, ее подловили на том, что она пялится на него.

Эмма понимающе улыбнулась. Даже ребенок на бедре Шанны прыснул за компанию с матерью.

— Да, он красивый. Но это не значит, что мне нужна его помощь, — возразила Хизер. — Я сама могу о себе позаботиться.

Эмма перестала улыбаться.

— Ты не понимаешь, насколько страшен Луи.

— Он сделал ноги, едва перевес сил оказался не в его пользу. Значит, не так силен.

— Запертые двери для него не преграда, — понизила голос Эмма. — Он обладает способностью проникнуть в твой дом когда захочет. И ты не услышишь его. Он может появиться за твоей спиной в любой момент. Ты даже не успеешь ничего сообразить, как он перережет тебе горло.

Хизер невольно открыла рот и с трудом переборола желание оглянуться через плечо. Черт побери, они ее запугивали.

— Он не может быть столь страшным. — Она повысила голос. — Человек не может появляться и исчезать по собственной воле. Судя по вашим рассказам, он какое-то сверхъестественное существо ночи!

Ее громкие слова отозвались звонким эхом в притихшей вдруг комнате.

Мужчины, стоявшие кружком поодаль, повернулись в ее сторону. Лицо Хизер обожгла краска румянца. Даже в гваделупской средней школе не получала она столь безраздельного внимания.

Молчание затягивалось. Мужчины обменялись взглядами. Эмма и Шанна тоже переглянулись и расхохотались. Младенец, взвизгнув, потянулся к Хизер ручонками.

— Он хочет, чтобы ты его взяла. — Шанна доверчиво протянула Хизер своего малыша.

Малыш схватил Хизер за волосы, пробудив приятные воспоминания о младенчестве Бетани.

— Он прелесть. Как его зовут?

— Константин, — ответила Шанна. — Я слышала, у тебя есть дочь?

Хизер поняла, к чему все это. Они собирались использовать ее дочь, чтобы эскалировать чувство вины и заставить принять предложение Жан-Люка.

— Ей четыре года, и я способна защитить нас обеих. У меня от отца остался дробовик.

Шанна состроила гримасу.

— В доме с ребенком ты держишь оружие?

Хизер стиснула зубы. Ни к чему не относилась она с такой серьезностью, как к своим обязанностям матери.

— Он у меня незаряженный. Но теперь придется купить патроны.

У Эммы одобрительно блеснули глаза.

— Ты умеешь стрелять?

— Да. Отец научил меня обращаться с оружием. Он был в этом профи.

— А что с ним случилось? — спросила Шанна.

— Его… застрелили.

Шанна поморщилась.

— Во время исполнения служебных обязанностей. Он был шерифом.

— К несчастью, это лишний раз подтверждает, что даже лучшие из профессионалов не защищены от случайностей, — сказала Эмма. — Тебе нужна помощь, чтобы защитить дочь. Ты не можешь охранять ее двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

— Фиделия тоже вооружена.

Шанна ахнула.

— Твоя четырехлетняя дочь имеет оружие?