Мужчина ее мечты

— Нет, конечно, — фыркнула Хизер. — Я бы и близко не подпустила ее к оружию. — Она поморщилась. Это была не совсем правда. Фиделия дала ей ясно понять, что никуда не выходит без пистолетов. — Фиделия — это проживающая снами няня моей дочери и старый друг семьи. — Она сделает все, чтобы защитить Бетани и меня.

— Следовательно, в твоем доме есть две женщины, способные обращаться с оружием, — заключила Эмма с улыбкой. — Хочешь, чтобы их стало три?

— Отличная идея! — ослепительно улыбнулась Шанна.

— Что? — Хизер поставила малыша себе на колени.

— Ангус, думаешь, не будет возражать? — Шанна наклонилась к Хизер и прошептала: — Они молодожены.

— Мы женаты уже год. Не думаю что несколько ночей, проведенных врозь, убьют Ангуса, — возразила Эмма. — Как ты полагаешь, Хизер?

— С вашей стороны очень любезно выразить желание помочь мне, но…

Ребенок потянул ее за волосы, и Хизер поморщилась.

— Я вице-президент «Бюро безопасности и расследований Маккея», — пояснила Эмма. — И бывший сотрудник Ми-6 и ЦРУ, так что из меня получится хороший телохранитель.

Ее слова произвели на Хизер должное впечатление.

— Твое предложение весьма лестно, но я стеснена в средствах…

— Платить не нужно, — перебила ее Эмма. — Жан-Люк помог мне и Ангусу, когда у нас возникли проблемы. Я перед ним в долгу.

— Отличное решение, — объявила Шанна.

Константин снова потянул Хизер за волосы, и она посмотрела ему в лицо. Его глаза завладели ее вниманием.

— Днем я… занята, так что могла бы охранять тебя ночью, — добавила Эмма. — Это даст тебе и твоей няне возможность ночью отдыхать и, следовательно, лучше охранять себя в дневное время.

— Я понимаю. — Малыш улыбнулся, и с его улыбкой в нее вошло спокойное желание согласиться. — Спасибо, Эмма. Я рада твоей готовности помочь.

— Отлично! Я сообщу мужчинам о нашем решении, и мы сможем ехать. — Эмма направилась к группе мужчин.

Константин отпустил волосы Хизер.

— Можете теперь поставить меня на пол.

Хизер разинула рот. Малыш говорил слишком чисто, и глаза его светились умом не по годам. Она поставила его на ножки.

— Сколько ему лет?

— Год и пять месяцев, — ответила Эмма.

Хизер смотрела, как малыш спокойно вернулся к матери.

— Он необыкновенный мальчик.

— Да, необыкновенный. — Шанна засияла от гордости.

Тридцать минут спустя Хизер припарковала «шевроле» на дорожке своего дома в Шнитцельберге.

— Какой красивый дом. — Эмма открыла дверцу со стороны пассажирского сиденья, чтобы выйти.

— Он достался мне от родителей.

Хизер любила этот старый дом в стиле королевы Анны, с широким крыльцом и качелями. Ей нравилась золоченая резьба балюстрады вокруг крыльца и на балконе второго этажа. Но больше всего ей нравилось то, что могла растить дочь в том же доме, в котором выросла сама.

Она взяла сумочку и пакет с только что купленным кружевным бельем и патронами. В магазине уцененных товаров Эмма не повела и бровью, так что уже этим завоевала симпатию Хизер.

— Сюда, пожалуйста. — Она поднялась по ступенькам на крыльцо к входной двери.

Перебросив через плечо холщовую сумку, Эмма обвела взглядом двор.

— Твой дом стоит на фундаменте? — Она наклонилась, чтобы разглядеть получше. — Подвала нет?

— К сожалению. Дополнительное пространство мне бы не помешало.

Хизер открыла замок. Было слышно, что внутри работает телевизор. Фиделия, очевидно, не спала.

Поднявшись на крыльцо, Эмма нахмурилась:

— Дом очень красив, но плохо защищен. Чья это комната с балконом?

— Моя. Но я запираю двери и окна.

Впечатления это на Эмму не произвело.

— Позволь мне войти первой.

У Хизер оборвалось сердце.

— Думаешь, Луи здесь?

С ее ребенком?

— Не исключаю.

Эмма вынула из сумки заостренную палку и бесшумно вошла в прихожую.

Палка? Она, конечно, не произведет столько шума, как пистолет, но вряд ли будет эффективнее. Хизер проследовала за Эммой и заперла дверь.

Эмма заглянула в гостиную.

— Это Фиделия? — прошептала она.

Хизер тоже заглянула в комнату. Фиделия дремала на диване перед телевизором, бормотавшим по-испански. Гостиная переходила в столовую, в которой никого не было.

Эмма тихо проскользнула мимо лестницы в заднюю часть прихожей, откуда вращающиеся двери вели в кухню.

Хизер помчалась по ступенькам наверх, в комнату дочери, чтобы убедиться, что Бетани цела и невредима.

Хизер на цыпочках прошла мимо огромного кукольного дома и плетеной кукольной кареты к кровати, накрытой лоскутным одеялом, сделанным ее матерью. Сумочку и пакет с покупками она бросила в изножии кровати, где спала дочь. На подушке в изголовье разметались ее белокурые локоны. При виде этого зрелища у нее неизменно сжималось сердце. Убрав в сторону прядь, она залюбовалась нежной щечкой. Если ее мечтам не суждено сбыться, если она никогда не будет конструировать одежду и никогда не увидит Париж, невелика потеря. Свой маленький шедевр она уже создала.

Она направилась к окнам, проверить, все ли они закрыты.

— Не убегай от меня больше, прошептала Эмма с порога.

— Я должна была убедиться, что дочь в порядке, — повернулась Хизер.

Эмма кивнула и вошла в комнату.

— На первом этаже все чисто, и в комнатах наверху тоже.