Мужчине о женщине; жизнь, общение или искусство не оставаться в дураках

Зная это, неглупые, умные женщины при первой же подвернувшейся возможности экспозиционно-импрессивно подчеркивают, обрисовывают детали своей фигуры напоказ перед аффицирующим (воспринимающим) Я-мужчины, усиливая, тем самым, сексуальные рецепторы-анализаторы в его психофизическом-Эго, и стоит ему похвалить какой-нибудь из атрибутов ее тела, фигуры, физиономии, как неизбежно, немного позже, женщина гетерозицируя (изменяя, превращая) движения тела, — продуцируя ним новые, в других абрисах формы, положения, — создает, таким образом, пантомимические положения, позиции, где мужчина может сам уже похвалить какой-нибудь из атрибутов ее физического-Я; это и происходит, обычно, с большинством мужчин, которые редко удерживаются от того, чтобы не пропеть сонеты-дифирамбы тем или иным телесно-пикантным деталям, их экспрессии, женского экстеро-физического-Эго. В таких ситуациях лукаво-умные женщины, кокетки-брачницы придерживаются соломонова правила бриллиантовой середины; они не совсем навязчиво, беспритязательно, но едва уловимо-всепритя-зательно, полунамеками, чарующими жестами, ми-мико-тонизирующими манипуляциями дают понять мужчине, что она для него — блестящая находка; но тут же находчиво-смекалистая брачница-преджена с хитровато-серьезной интонацией может, как бы мимоходом, говорить о том, что есть и другие интересные, красивые, привлекательные девушки и, произнеся это, станет интенсивно-внимательно следить за тем, какое впечатление произвело на вас это ее сообщение. В таких ситуациях, если отношения мужчины со своей будущей супругой, то есть почти, без пяти минут супругой приняли серьезную брачную окраску, 97-98 мужчин из 100 скажут, что, дескать, причем здесь другие женщины, девушки, ведь ты для меня лучше всех, прекраснее всех, любимее всех, красивее всех; этих-то признаний только и ждут брачницы от простаков. Феномен привыкания мужчины к женщине в добрачных коммуникациях очевиден сам по себе и, вне сомнений, отнюдь, не безопасен для мужчины, которого женщина пытается втянуть в свои планы, связанные с замужеством; он, мужчина, начинает думать, рано или поздно размышлять о том, не замечая скрытых форм женской игры, что эта женщина хороша собой, не глупа; есть у меня с ней точки соприкосновения в интересах, взглядах на жизнь; и хотя он, мужчина-жених, знает, разумеется, и уясняет-понимает, что есть также и другие в бытии женщины, получше его невесты, но есть также и похуже и поэтому, коль моя избранница весьма привлекательна (привлекательна собой), зачем же лучшее, — приблизительно таково акто-мышление мужчины, — если уже есть хорошее, — тогда как у других, — здесь он начинает сравнивать положение дел в интим-плане у себя и своих друзей, — и вовсе нету такой подруги, какая есть, в данным момент, у меня. Вот еще одно типичное для всех молодых мужчин заблуждение, чреватое не самыми приятными последствиями. Итак, чаще всего собственная оценка мужчины, его собственные суждения о невесте-преджене про себя и вслух при ней способствуют его же собственному самовнушению, — чего он абсолютно не замечает, — он сам же находит брачницу с ее "броска", помощи привлекательно-незаменимой, пикантно-неповторимой, умной и постепенно та инспирация, которую трансплантировала брачница-невеста в будущего супруга, в его экстеро и интро-Я, становится в сочетании с мужской верой, трансформируется, экстраполируется в конструкты самовнушения; когда жених подсознательно или осознанно, -не разбирая путем логического анализа и обобщений возможной суггестиции (внушения) со стороны хитроумной женщины-преджены, — начинает самому себе, своему Я, самосознанию внушать, полувнушать ореолы веры в те или иные достоинства, моральные качества женщины, которые, как кажется ему, как полагает он, не могут быть уже в самой брачной онтологии реконструированными, измененными. Мужчина-жених постепенно влюбляется в женщину-брачницу по самой простой безобидной, можно заметить, схеме; она, женщина, есть стимул-раздражитель, если красавица — то сильный, особенно, для молодого мужчины — эсте-тико-сексуальный стимул; если привлекательна вообще — то также брачница будет являться в актах перцепции для мужчины экспрессивно-положительным раздражителем, который в добрачных отношениях не является носителем, как сигнал-агент сам по себе, отрицательной сигнальной информации при аффицирующих актах; вербальные (речевые) акты, — которые воспроизводит женщина, как положительный для жениха-мужчины стимул при его рефлексии вокруг форм и содержания самого стимула, — также несут сами по себе положительную информационность кодов-сигналов, — да и вроде бы нету весомых причин (мужская влюбчивость, особенно в молодые годы!), нет никаких поводов отвергать предмет своей симпатии, любви, таким образом, аргументируем в общих чертах данное положение, — экстеро и интро-Я (внешнее и внутренее-Я) мужчины не перцептирует (не вос-прини-мает на протяжении определенного срока общения с брачницей сигналов, кодирующих признаки-предикаты какой-либо особо-резкой отрицательной информации из конкретной живой модели интро-Я женщины-невесты и женского внешнего-Я; и, напротив, мужчина, будущий муж, как раз таки получает в рецепторы-анализа-торы своего внешнего-Я