Мужик. История Того Чувака Из Anthrax (ЛП)

Каждый вечер с Даймом превращался в тусу, независимо от того, сильно я бухал или нет. Когда мы тусили, меня никогда не покидало ощущение, будто я нахожусь в глазу бури, как будто все остальные вращаются вокруг меня на высокой скорости, а я нахожусь в центре, потягиваю пивасик, смотрю на людей и замечаю, как вокруг творится всякое дерьмо. “Ха, это было весело. Они только что взорвали петардами этого парня” или “черт возьми, дорогое удовольствие. Кто-то разнес кувалдой машину с содовой” или “сиськииии!”

Дайм постоянно угорал - он платил людям за то, что они вытворяли всякую херню. Он находил подростков, которые работали на разогревающую группу и не получали никаких денег и заставлял их вытворять всякие отвратительные вещи. Как-то раз мы выступали с Pantera перед шестью тысячами фэнов, и после концерта пол был устлан пустыми банками из-под пива и бычками от сигарет. Дайм сказал одному парню: “Я дам тебе двадцать баксов за каждый бычок, который ты подберешь языком”. Ебать-колотить, этот чувак собрал где-то тридцать штук, а Дайм только засмеялся и отдал ему 600 баксов. Некоторые люди неплохо имели от Дайма. Ему было насрать. Такова была цена развлечения.

Когда сериал «Чудаки» набрал популярность на MTV, Дарелл взбесился. “Чудаки. Хуй там плавал, я настоящий чудак. Они просто скопировали мой образ. Отдайте мне их деньги, дайте мне их гребаных адвокатов. Я им покажу настоящего чудака!”

Как-то раз Type O Negative и Biohazard выступали в компании Pantera, и вокалист Biohazard Эван Сейнфилд подошел к Дайму на шоу и сказал: “Как же так, ты ни разу не дал мне возможности заработать?” И Дайм ответил: “Ну, а что бы ты хотел сделать?”

“Не знаю. Что угодно”.

Когда Pantera отыграли половину своего сэта, Дайму срочно захотелось отлить. У него за комбиком всегда стояло ведерко, куда он мочился во время концертов. Он подошел к этому ведерку в перерыве между песнями и увидел Эвана, стоящего рядом с кулисами. Вместо того, чтоб поссать в свое ведерко, он попросил техника принести чашку. Чувак вернулся с красной чашкой Solo, и Дайм поссал прямо в нее, потом подошел к Эвану и сказал: “Эй, хип-хоп, хочешь заработать немного денег? Даю двести баксов, если выпьешь эту чашку до дна”.

“Не канает” – ответил Эван. “Гони штуку”.

Дарелл ответил: “По рукам” и отдал ему чашку. Эван выпил ее и его тут же стошнило. Но он сделал это! Я бы попросил 83 миллиона баксов за что-то столь отвратительное. Дайм сказал мне, что его моча не совсем чистая и жидкая, как обычная моча здорового человека. Он описал свою мочу как “флюоресцентно-желтую, густую и сверкающую”.

Дайм всегда развлекал всех вокруг себя. И гордился этим. А еще он был до безумия благороден. Как-то на нем была одета рубашка в духе Дикого Запада, и Чарли сказал ему: “Клевая рубашка, Дайм!” На следующий день мы пришли на концерт, и Дайм купил для Чарли не только рубашку, но и ботинки, штаны и шляпу, которая шла к ней в комплекте. Это из разряда тех вещей, которые надевают, когда идут танцевать под музыку в стиле кантри. У Дайма было золотое сердце. Он был настоящим праведником и делал все, что было в его силах, чтобы никого не разочаровать.

Он был настолько благородным, что делал со своей музыкой все, что хотел, и единственное, что он просил взамен, это одобрение. Я помню, он однажды сказал мне: “Я кончу тем, что окажусь на улице, а рядом будет лежать открытый чехол от гитары, куда мне будут бросать деньги. Я знаю, где я закончу, потому что собираюсь потратить каждый гребаный цент на всякое безумное дерьмо. До тех пор, пока я играю на гитаре, мне на все насрать”.

“Ну, ты всегда можешь остановиться у меня” – ответил ему тогда я.

В конце 1997-го Pantera пригласили Anthrax провести на гастролях два месяца. Только они и Coal Chamber. Я понимал, что гастроли с Pantera возобновят мою игру по части выпивки. Одним пивом тут не отделаешься. Я должен был приготовиться к крепким напиткам, поэтому принял взрослое решение разрешить Дайму научить меня пить по-настоящему. Я оказался на очередном перекрестке в своей жизни. Мой второй брак развалился, и я срочно нуждался в переменах. Что намного важнее, первый раз в жизни мне нужно было дать себе волю по-настоящему – просто расслабиться и получать удовольствие, а гастроли с Pantera как раз и были настоящим экспресс-курсом по раскрепощению. Когда я сообщил Дареллу о своем решении, он спросил, уверен ли я, и понимаю ли, как мне будет трудно. Я ответил, что да. Я хотел, чтобы он стал моим мастером Йода, я хотел стать Люком, который обучается у джедая-тусовщика. Он не понял сравнения. “Йо да че?” Он подумал, что это что-то из области: “йоу, йоу, йоу, рэпчик”. Но сказал, что если я вложу в это время и усилия, то все мои старания окупятся с лихвой. Я сказал: “Забей, Йода. Я весь твой. Увидимся через пару недель”.