Читаем Мы – электрические. Новая наука об электроме тела полностью

В связи с ограниченными возможностями применения металлических устройств на протяжении последних десяти лет или даже больше ведется работа над обширным проектом, направленным на создание более эластичных, гибких и совместимых с биологическими тканями материалов, которые позволили бы нашему телу обмениваться информацией с чужеродными телами, которые в него встраивают. И эта работа включает в себя как исследования в области тканевой инженерии, так и создание роботов, которых все чаще усиливают или полностью производят с помощью таких синтетических материалов, как гидрогель – пластичный полимер, широко используемый в мягкой робототехнике[411]. Возможно, в будущем такие мягкие наноботы будут плавать по нашим телам, корректируя состояние аномальных тканей[412].

По мере углубления понимания биологических электрических инструкций многие ученые начинают задаваться вопросом: а не является ли самым лучшим биосовместимым материалом… собственно биологический материал? По этой причине ученые занялись исследованием программируемости и биологической совместимости морских существ, лягушек и грибов.

<p>Расцвет и упадок электроцевтики</p>

Примерно десять лет назад в журнале Wired была опубликована потрясающая новость, которую быстро подхватили другие источники массовой информации. Нейрохирург Кевин Трейси в исследовательских целях встроил электрический имплантат в шею пациента, чтобы подключиться к блуждающему нерву – гигантскому древовидному пучку нервных волокон, отростки которого простираются от мозга до многих отделов тела. Электрическая стимуляция этого нерва позволила ослабить тяжелые симптомы ревматоидного артрита – иммунного нарушения, от которого пациент страдал на протяжении нескольких лет[413]. Это был уникальный случай: до проведения операции пациент был так слаб, что не мог играть со своими детьми. Электрическая стимуляция оказалась настолько эффективной, что он вернулся на работу, занялся детьми и даже смог вновь играть в свой любимый настольный теннис (это, как выяснилось, было даже к худшему: он стал играть так много, что в какой-то момент получил травму[414]).

Выяснилось, что ревматоидный артрит – далеко не единственное иммунное расстройство, которое поддается коррекции этим методом без применения лекарств и без побочных эффектов: другими потенциальными мишенями являются астма, диабет, гипертония и хронические боли. “Я думаю, это производство заменит производство лекарств”, – сообщил Трейси журналисту из New York Times Майклу Бехару[415]. Вскоре научные журналы и газеты уже пестрели новыми сообщениями о слиянии электричества и фармацевтики: казалось, наступила эра “электроцевтики”.

Однако привлекательность этих научных работ заключалась не только в расширении пределов возможностей лекарственных препаратов. Дело было скорее в элегантности нового механизма: не нужно было возиться с лекарствами и решать проблему побочных эффектов – просто щелкаешь переключателем, а все остальное тело делает уже само. Недавно было установлено, что нервная система контролирует не только двигательные нервы. Она может также контролировать воспаление и иммунитет. Трейси считает, что найденный им путь – лишь один из многих, которыми блуждающий нерв связан с каждым органом и с каждой полостью нашего тела и посредством которых, следовательно, он способен регулировать любые их функции. Раньше мы думали, что нервная система не контролирует иммунный ответ: мы просто не понимали, как нервы могут быть связаны с иммунитетом или его регулировать. Но теперь к списку заболеваний, являющихся потенциальной мишенью для электроцевтического вмешательства, добавилась хроническая обструктивная болезнь легких, заболевания сердца и желудочно-кишечного тракта. Нужно лишь найти правильную электрическую схему.

Именно на это мировой фармацевтический гигант GlaxoSmithKline выделил сумму в миллион долларов. Как мне объясняли в 2016 году, в результате должно быть создано вживляемое электрическое устройство размером с зернышко риса, которое будет располагаться на определенном контрольном участке блуждающего нерва и отслеживать сообщения, передаваемые между мозгом и внутренними органами: ослаблять одни, усиливать другие и в целом регистрировать электрическую активность организма, чтобы находить и быстро разрешать проблемы. Как прослушивающая система Агентства национальной безопасности, но только для нашего здоровья. К тому времени уже набрал обороты отдел Google под названием Verily, занимающийся исследованиями в области наук о жизни, и эти две сверхмощные компании создали новую супергруппу, которую они замечательным образом назвали Galvani Biosciences. Начальные пилотные исследования подтвердили возможности данного подхода – в частности, было обнаружено, что правильно подобранная серия электрических импульсов, направленных в правильный пучок нервов, может обратить развитие диабета у мыши.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже