На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества

Что насчет более мелких изменений – улучшений международной координации, которые при низких издержках значительно укрепляют безопасность? В истории есть прекрасный пример: горячая линия Вашингтон – Москва (в народе – “красный телефон”)[538]. В разгар Карибского кризиса на получение и расшифровку сообщений Кеннеди и Хрущева нередко уходило по несколько часов[539]. Но события на месте развивались гораздо быстрее, из-за чего дипломатические решения (и объяснения действий, которые можно было истолковать как враждебные) задерживались[540]. По завершении кризиса Кеннеди и Хрущев создали горячую линию, чтобы наладить между лидерами оперативную и прямую коммуникацию и более не доводить напряжение до предела. Это оказалось простым и действенным способом снизить риск ядерной войны (и вообще войны между великими державами) при небольших финансовых и политических издержках. Наверняка возможны и другие подобные решения, их только нужно изобрести или реализовать.

Можно сделать и более очевидные вещи – просто укрепить существующие институты, работающие с экзистенциальными рисками. Так, Конвенцию о биологическом оружии можно привести в соответствие с Конвенцией о химическом оружии: увеличить ее бюджет с 1,4 млн до 80 млн долларов, наделить сотрудников соответствующего органа правом расследовать вероятные нарушения и увеличить численность ее аппарата с жалких четырех человек до более адекватной[541]. Мы также могли бы повысить способность Всемирной организации здравоохранения реагировать на зарождающиеся эпидемии, обеспечив эффективный эпидемиологический надзор, быструю диагностику болезней и контроль заболеваемости. Для этого необходимо увеличить финансирование и расширить полномочия ВОЗ, а кроме того, активизировать исследования и разработки нужных технологий. Не менее важно гарантировать, что все продукты синтеза ДНК проходят скрининг на наличие опасных патогенов. Компании, оказывающие услуги по синтезу, уже неплохо продвинулись в этом направлении: в настоящее время осуществляется скрининг 80 % заказов[542]. И все же 80 % недостаточно. Если не получится довести этот показатель до 100 % на добровольной основе, потребуется международное регулирование.

Важнейшая международная координация порой налаживается в двусторонних отношениях между странами. Очевидным первым шагом к ней могло бы стать возобновление действия Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). По нему были уничтожены 2692 ядерные боеголовки из арсеналов США и России, но в 2019 году соблюдения обязательств по договору были приостановлены, после того как на протяжении десяти лет возникали подозрения в нарушении его условий[543]. Необходимо продлить и договор СНВ-III, действие которого истекает в 2021 году, поскольку он способствует значительному сокращению количества ядерного оружия.

Хотя вопросы в ядерной сфере часто решаются двусторонними или многосторонними соглашениями, в интересах всего мира могут приниматься и односторонние меры. Например, если США выведут свои МБР из состояния боевой готовности, вероятность случайного начала ядерной войны снизится, хотя сдерживающий фактор останется практически неизменным, поскольку разрушительные радиоактивные снаряды по-прежнему можно будет запустить с атомных подводных лодок. Такой шаг снизил бы общий риск ядерной войны.

Еще один перспективный путь к постепенным изменениям – прямой запрет на намеренные или неосторожные действия, вызывающие неоправданный риск вымирания, и введение наказания за них[544]. Лучше всего сделать это в рамках международного права, поскольку совершать такие действия вполне могут правительства и лидеры стран, которые обладают неприкосновенностью в рамках своих национальных законов.

Идея о том, что вызывать риски для всех живущих на планете людей и для всего нашего будущего – тяжкое преступление, логично вписывается в общую канву идей о правах человека и преступлениях против человечества. Согласование этой идеи с существующими правовыми нормами и определение порога, за которым наступает ответственность, скорее всего, вызовут серьезные практические трудности[545]. Но оно того стоит – и наши потомки сильно удивятся, когда узнают, что когда-то в том, чтобы угрожать будущему человечества, не было ничего противозаконного[546].

По некоторым признакам можно предположить, что такие меры могут найти поддержку на международном уровне. Так, в 1997 году ЮНЕСКО приняла Декларацию об ответственности нынешних поколений перед будущими поколениями. В ее преамбуле отмечается, что существование человечества может находиться под угрозой и что работать с этим риском – одна из задач ООН: