На огневых рубежах. Артиллерия Красной армии в Курской битве

Огонь вели две пушечные артиллерийские бригады, один армейский артиллерийский полк, два минометных полка, четыре гвардейских полка РС, а также артиллерия и минометы четырех дивизий первого эшелона. Орудия, предназначенные для борьбы с танками огнем прямой наводкой, в контрподготовке не участвовали. Всего на контрподготовку артиллерия 6-й гвардейской армии израсходовала в среднем до половины боекомплекта. Огневому поражению подверглись 9 районов сосредоточения войск – ур. Королевский, Бутово, Раково, Заготскот, Бл. Ивановский, Ячнев Колодезь, лес северо-западнее Покровки, северная окраина Белгорода, ур. Сухой Верхн. Как доложила разведка, враг понес большие потери: было подавлено 10 артиллерийских батарей, уничтожено 14 наблюдательных пунктов, подбито до 50 танков, убито и ранено до 4 тыс. человек. При этом, как отмечал военный историк Л.Н. Лопуховский, командование в своих докладах об уроне противнику никогда не утруждало себя доказательствами[70]. Далее военный историк предполагал, с налетом сарказма, что если суммировать цифры соответствующих сводок, то война должна была закончиться уже в 1943 г. В целом же, как и на северном фасе выступа, артиллерийская контрподготовка не смогла сорвать наступление противника, хотя намеченный им срок начала артиллерийской подготовки атаки был перенесен на более поздний срок[71].

Схема 6. Схема огня и боевого порядка артиллерии 6-й гвардейской армии в контрподготовку 4 и 5 июля 1943 г.

В своих воспоминаниях бывший командующий армией генерал-полковник И.М. Чистяков отмечает: «Я считаю, что наша артиллерийская контрподготовка дала неплохой результат. Мы правильно сделали, что провели контрартподготовку по путям, идущим к переднему краю. В результате, как нам рассказывали потом жители Томаровки, гитлеровцы всю ночь возили раненых и убитых. И действительно, мы сами впоследствии видели в Томаровке большие кладбища с березовыми крестами… Она нанесла войскам противника большой не только материальный, но и моральный ущерб. Фашистское командование убедилось, что его расчет на внезапность удара по нашей обороне сорван»[72].

Разведчики 7-й гвардейской армии также донесли, что германское командование готовит наступление с утра 5 июля. Гвардии генерал-лейтенант М.С. Шумилов принял решение провести артиллерийскую контрподготовку по вариантам 3, 5 и 6, согласно ранее разработанному плану штабом артиллерии[73]. Первый пятиминутный огневой налет прошел без помех. Так же прошел и 15-минутный методический огонь. В контрподготовке участвовало примерно 696 орудий и минометов и 47 установок РА, что составляло почти половину общего количества артиллерии армии. Плотность артиллерии на отдельных участках достигала 45–68 орудий и минометов на 1 км фронта[74].

Перед началом последнего, 10-минутного огневого налета в 3 часа 20 минут со стороны врага началась артиллерийская подготовка атаки. Однако она нисколько не отразилась на выполнении огневого налета гвардейцев.

Войсковая разведка доносила, что контрподготовка в полосе 7-й гвардейской армии деморализовала врага и ослабила его наступательный порыв. Противник отказался от наступления у Белгорода в районе Михайловки, где сосредоточились 6-я и 19-я танковые дивизии, и вынужден был начать свой удар южнее, против 78-й гвардейской стрелковой дивизии (гвардии генерал-майор А.В. Скворцов). Командир 19-й танковой дивизии генерал-лейтенант Г. Шмидт в своем докладе отмечал: «Для наведения моста для танков был использован предмостный плацдарм у Белгорода. За несколько недель здесь было уже все готово, и прежде всего 60-тонные мосты для «тигров». В это время русские начинают проявлять внимание и открывают хорошо ложащийся беспокоящий огонь артиллерии, минометов и фланкирующих пулеметов по переправам. Несмотря на темноту, огонь был очень точным… Саперы тотчас же понесли серьезные потери. О продолжении наведения моста для «тигров» не могло уже быть и речи»[75]. К сожалению, другие подобные примеры эффективности нанесенных ударов в оперативных документах противника встречаются не часто.

Всего в 7-й гвардейской армии на артиллерийскую контрподготовку было израсходовано в среднем 0,5 боекомплекта всех калибров.

Представитель Ставки ВГК Маршал Советского Союза Г.К. Жуков дал в целом высокую оценку работе артиллеристов: «Следует сказать, что штабы артиллерии и все командующие артиллерией фронтов, армий и соединений хорошо и умно поработали над организацией артиллерийской обороны и контрподготовки»[76]. Однако, анализируя результаты контрподготовки, Г.К. Жуков пришел к выводу, «что как Центральный, так и Воронежский фронты начали ее слишком рано, когда живая сила противника еще находилась в укрытиях, а танки в выжидательных районах»[77]. Полководец высказал предположение, о том, что контрподготовку следовало бы начать на 30–40 минут позже.