На переднем крае битвы за Донбасс

Механик-водитель – это, как следует из названия профессии, не только водитель, но и механик. По словам «Сэма», бывало такое, что ему приходилось устранять мелкие поломки прямо на месте. К счастью, они были не существенные, не критичные. В целом машина эта, как уверяет специалист, надёжная, экипаж не подводит. Самое серьёзное, что приходилось делать, – это менять гусеницы: они изнашиваются точно так же, как и шины у автомобиля, особенно если пробег большой.

– От действий каждого из нас зависит не просто успех выполнения задачи, но и наша жизнь, – говорит ещё один член экипажа, наводчик-оператор с позывным «Коряга». – Экипаж у нас слаженный, все ребята подготовленные.

Для механика и наводчика боевая работа в ходе специальной военной операции началась с Мариуполя. Противник, по их словам, был ошарашен после первого же применения «Солнцепёка».

– В ходе штурма «Азовстали» мы наносили точечные удары, – вспоминают парни. – Работали на максимальной дистанции, и как-то раз нужно было попасть в промежуток между зданием, где находились боевики, и заводской трубой. Поделили пакет снарядов, произвели пристрелочный выстрел, а затем ударили точно по цели, поразив её.

«Гектор» же начинал свой боевой путь на СВО чуть позже, с херсонского направления.

«Помню, как в первый раз встретился с прилётом ракет Himers, – рассказывает офицер. – Это было, когда шли к понтонной переправе. Так для меня начались боевые действия, я их тогда сразу ощутил на себе. Это ни с чем не спутать, правда, вспоминать не хочется».

«Гектор» – выпускник Военной академии радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза С.К. Тимошенко в Костроме. Поступал в этот военный вуз из войск, с контрактной службы, и в итоге оказался на выпуске одним из самых возрастных лейтенантов – ему было 30 лет, когда другим парням только-только исполнилось 21–22. Распределение получил в полк радиационной, химической и биологической защиты одного из общевойсковых объединений Южного военного округа.

– Хочу выразить огромную признательность всему преподавательскому составу моей академии, – говорит офицер. – Многие наши наставники – с реальным боевым опытом. Нам, курсантам, было чему у них поучиться.

Будучи в академии, «Гектор» прошёл дополнительное обучение именно на эту машину, на ТОС-1А «Солнцепёк».

– Знаю, как вводить данные, как привязывать машину к местности (выполнять топогеодезическую привязку), как проводить расчёты, как наводиться на цель и наносить огневое поражение, – перечисляет командир полученные им во время учёбы навыки. – Стрельба с закрытой огневой позиции – это всегда расчёты, вычисления. Но можно стрелять и так называемой «прямой наводкой» – это когда цель видна, правда, и здесь без расчётов не обойтись.

Следы от осколков – раны на теле боевой машины

Как уточняет «Гектор», придя в этот уже сформированный экипаж, ему было чему поучиться у своих младших подчинённых. Ведь и механик-водитель, и наводчик-оператор уже имели на тот момент боевой опыт, пройдя тот же Мариуполь, побывав на передовой битвы за «Азовсталь».

Тем не менее слаживание экипажа прошло быстро, подход друг к другу подобрался сам собой. В боевой обстановке именно так и происходит, иначе здесь нельзя.

Как ещё раз замечает офицер, по его мнению, в тактике применения «Солнцепёка» можно кое-что подкорректировать с учётом опыта проведения СВО. Практика современного боя подсказывает изменения в связи с применением, к примеру, новых средств и методов разведки у противника, иных способов нанесения им ударов.

– Дроны – новое слово в военной науке и практике, – вновь повторяет «Гектор». – Это уже не фантастика, не сюжет кинофильмов. Это реальные вещи, которые активно используются на поле боя. И с нашей стороны, и со стороны неприятеля.

Именно поэтому любой выезд на огневую позицию выполняется строго в сопровождении бронегрупп. На рубеже развёртывания отделение огневой поддержки на бронетранспортёре или боевой машине пехоты выставляет охрану, организует наблюдение. А так как остро стоит проблема применения противником БПЛА, то упор сделан и на противодействие беспилотникам – как во время развёртывания и ведения огня, так и при передислокации, смене позиции. Пока работает экипаж «Солнцепёка», группа поддержки наблюдает за небом, за наземной обстановкой, запускает приборы, глушащие беспилотники.

На приведение оружия в боевую готовность – считаные минуты

Ну и, конечно, важным фактором выступает время. На занятие и рассредоточение на рубеже открытия огня уходят считаные минуты. Долго находиться на позиции нельзя, разведка противника, особенно воздушная, работает. В том числе и ночью.

– Если возникает угроза обстрела – сразу меняем позицию, – говорит командир экипажа. – Как правило, сначала противник наносит пристрелочный удар, затем следует основной. Значит, надо реагировать сразу, как раздались первые разрывы, в этом основной принцип безопасности для нас.