На передовой закона. Истории полицейского о том, какова цена вашей безопасности

– Полиция! Прекратите драку, или вас арестуют! – кричу я. В попытке разнять их выставляю руки вперед. Я осматриваюсь в поисках Джона, не понимая, почему он мне не помогает, но нигде его не вижу. Я пытаюсь понять, как нам взять эту драку под контроль, как вдруг двойник девочки в жакете оказывается рядом с ней и начинает толкать в грудь школьницу в рубашке. При появлении клона я прихожу в секундное замешательство. Девочки одеты абсолютно одинаково, и даже галстуки у них завязаны идентично. Я перевожу взгляд с одной на другую и понимаю, на кого смотрю. Это те самые сестры. Я видела их лица на бесчисленном количестве собраний. Насилие. Оружие. Связи с группировками. Я почти ничего не знаю о них, кроме одного: у них плохая репутация. А в нашем боро плохую репутацию никто не имеет просто так.

Давление девочки в белой рубашке на мою спину резко ослабевает, и я слышу, как Джон у меня за спиной велит ей успокоиться. Теперь я могу полностью сосредоточиться на сестрах. Я стою перед ними и толкаю их рукой в центр грудной клетки. Они кричат наперебой, кто первый начал драку, и я вижу синяк на лице одной из них. Перекрестные обвинения. Я вздыхаю и понимаю, что мне придется арестовать всех троих. Но как? Друзья сестер начали оттаскивать их от нас. Теперь, когда пришло осознание, что мы из полиции, они хотят сбежать.

Я слышу, как девочка в рубашке кричит у меня за спиной:

– Они просто накинулись на меня! Чертовы психи.

– Нет, это она начала драку! Та, что в белой рубашке, – говорит мужчина из толпы.

– Эти две – хулиганки! Я уже видел их раньше, – кричит хозяин одного из прилавков.

Люди из толпы тоже начинают кричать и тыкать пальцами. Я слышу, как Джон пытается восстановить порядок. Я открываю сумку, чтобы достать телефон, стараясь не сводить глаз с сестер, которых медленно оттаскивают от меня. Набрав три девятки, я прижимаю телефон к уху.

– 999. Какая экстренная служба вам требуется?

– Полиция, пожалуйста.

– Соединяю.

Я жду, пока оператор зачитает мой номер телефона диспетчеру Службы столичной полиции.

– Полиция. Что у вас произошло?

– Офицеру полиции не на дежурстве требуется помощь, – говорю я, повышая голос, чтобы мои слова не заглушались криками толпы. Я говорю спокойно и уверенно. – 215 Би Экс требуется помощь с уличной дракой на Черч-Маркет, Бриксли.

– Принято, 215 Би Экс, подкрепление уже в пути. Вы можете подробнее сообщить о том, что происходит?

– Драка между школьницами, есть травмы…

Я замолкаю, когда слышу вой сирен. В этот момент сестры бросаются бежать.

Я замираю в нерешительности. Пробегаю за ними пару метров, а потом смотрю на Джона, беседующего с активно жестикулирующим владельцем магазина и девочкой в рубашке, которая превратилась из борца мирового уровня в плачущего ребенка. Я прижимаю телефон к щеке, смотрю на лица окружающих меня людей и чувствую, что они меня осуждают. Она позволила им сбежать. Необходимость действовать превращает секунды в часы. Матери внутри меня есть что сказать. Пускай бегут. У тебя ничего нет при себе. Преследовать их небезопасно. Девочка в белой рубашке в любом случае их опознает. Однако полицейского не так просто убедить. Уровень адреналина в моей крови растет. Я тяжело дышу носом и смотрю убегающим сестрам в спину. Они сейчас скроются. Они должны понять, что нельзя безнаказанно драться на улице. Ты полицейский – веди себя соответственно.

– 215 Би Экс, вы еще здесь? Как развивается ситуация?

Голос оператора раздается у меня в ухе, и я понимаю, что все еще прижимаю телефон к лицу. Я бегу за девочками. Большая сумка тут же начинает стучать по моему животу, я одной рукой сдвигаю ее на бок, а другой крепко сжимаю телефон.

– Преследую подозреваемых, – отвечаю я, собираясь описать внешность девочек, как вдруг дорогу мне преграждает мужчина. Он худой и выше меня ростом. На нем ярко-красная бандана и черная бейсболка, и, не сводя с меня взгляда, он громко всасывает слюну, будто готовится сплюнуть. Я уже видела его раньше: это он оттаскивал сестер, пока те колотили школьницу в рубашке. Я прекрасно понимаю, что он делает. Он открывает рот, но я не даю ему возможности произнести ни слова. Мать во мне прячется, и на сцену выходит коп. Я толкаю его ладонью в центр грудной клетки, и он, шокированный, пятится.

Я мчусь на полной скорости за девочками, которые, к счастью для меня, бегут довольно медленно. Я улыбаюсь, вспоминая лицо парня в бандане. Вероятно, балетки, сумка и платье в цветочек заставили его подумать, что он может встать у меня на пути. Сокращая расстояние до сестер, я ощущаю характерный для погони прилив адреналина. Вокруг меня ревут сирены. Я должна сообщить диспетчеру, куда направляюсь. Я не вижу полицейских автомобилей, но мне достаточно знать, что они рядом. Я понимаю, что в данный момент являюсь центральной точкой. Коллеги ищут меня, я одна из них. Дух товарищества подстегивает меня, и я увеличиваю скорость, продолжая сводку: