На шифре. Инсайдерская история криптовалютного бума

Обсуждение продолжалось. Виталик нервничал, как и при любом разговоре с Мин. На поверхности переговоры выглядели невинными – выходное пособие и прочие стандартные мелочи передачи дел, например дата и объявление, – но каждый вопрос и проблема только накаляли нервозность Виталика. Он пытался не переживать о том, что Мин, Патрик, Тун или кто-нибудь еще выкинет какой-то трюк и потребует отсрочки. Напоминал себе, что, несмотря на потерю суперголосов, все пройдет по плану, если Патрик сдержит слово. Наконец, после всех формальностей и подписей, его двухлетнее желание сбылось: Мин больше не являлась исполнительным директором фонда.

Прошло пять лет с тех пор, как Виталик покинул колледж с биткойнами на 10 тысяч долларов в кармане и работой в журнале о криптовалюте. Теперь он распоряжался эфиром на сотни миллионов долларов. Продажи эфира частями по 700 долларов поддерживали его привычный образ жизни с постоянными разъездами, но теперь – в основном бизнес-классом и комфортными Airbnb. Достигнув финансовой независимости, он мог больше не переживать о деньгах. А в остальном для него ничего не изменилось. Он все так же путешествовал с небольшим рюкзаком, куда умещались ноутбук, смена одежды на семь дней, куртка, свитер, зубная щетка, паста, набор кабелей, USB-флешки с ключами, кошелек с валютой разных стран, проездные карточки из десятка городов и универсальный адаптер для электророзеток. Но теперь самый главный груз был сброшен.

Встреча закончилась. Айя, Патрик, Тун и Виталик пошли на обед в «Чипотле», потом они с Айей вернулись в дом родителей Джозефа. В 2013 году в том же самом районе, в офисе Kraken, Виталик писал белую книгу Ethereum. Он нашел и взял в соучредители Гэвина, Джеффа, Михая, Энтони, Чарльза, Амира и Джо, а теперь снова остался один. Но не совсем. Годы спустя он оглянется и назовет январь 2018‑го водоразделом – когда с ним наконец остались только настоящие друзья. Меньше чем в десяти километрах, там, где ревущий синий Тихий океан встречался с цветущим северо-западным окончанием Сан-Франциско, находился Президио. Отличное место для бесцельных прогулок вместе с ними.

Эпилог

Если 2017 год – это время, когда криптопузырь надулся, то в 2018 году он начал понемногу сдуваться. В январе эфир бóльшую часть месяца держался выше 1 тысячи долларов, но под конец снова скатился к трехзначным числам. В феврале он колебался от 500 до 900 долларов. К концу марта торги уже закрывались ниже 400. В начале мая снова произошел рывок до 750, но затем, когда нагрянули регуляторы и всем стало ясно, что для спекулянтов праздник окончен, к декабрю 2018 года эфир начал медленно сползать в район 100–300 долларов (однажды даже нырнув ниже 83). В тот же период на 87 % рухнула капитализация глобального рынка криптовалют. В этот период вышли некоторые dapp, обещанные на разных ICO, но вызвали скромный интерес, поэтому и на эфир большого спроса не предвиделось.

Хотя одно светлое пятно все же было. В течение 2018 года стало ясно, что Комиссия по ценным бумагам считает подавляющую часть ICO незарегистрированным размещением ценных бумаг. Криптоиндустрия изучала выступления директоров SEC с таким же напряжением, с каким инвесторы ICO отсчитывают время до начала продаж токенов. В конце концов Ethereum Foundation сама связалась с SEC, и 1 июня Айя, Виталик, представители Enterprise Ethereum Alliance и юристы EF созвонились с чиновниками SEC. Те расспросили, как принимались решения о протоколе Ethereum, принадлежит ли Ethereum фонду, о подробностях продажи. (SEC отказалась комментировать, состоялась ли эта встреча и что на ней обсуждалось.) 18 июня высокопоставленный представитель SEC, присутствовавший на встрече, заявил, что, «исходя из его понимания текущего состояния эфира», это не ценная бумага.

Примерно в середине 2017 года, когда набирало обороты криптомошенничество, Косала ушел из MEW. Он не делал ничего заметного в GitHub, хотя позже скажет, что занимался бэкендом – следил за безопасностью, проводил аудит кода, поддерживал инфраструктуру. До последней недели июня у него было больше коммитов в кодовой базе MEW на GitHub, чем у Тейлор в 2017 году. Но сразу после перегрузившего сеть ICO от Status, после старта годичной продажи EOS и перед началом рекордного краудфандинга Tezos Косала откланялся. С тех пор до конца года он сделал всего три коммита (и купил себе дом в Малибу). В 2017 году у него было 465 коммитов, у Тейлор – 2 184.