На шифре. Инсайдерская история криптовалютного бума

Джонни находился в Португалии, в первом отпуске за время его работы в Polo. Джулс, Руби и юрист сообщили ему о приобретении по видеосвязи. Джулс сидела сбоку, юрист – посередине, а Руби – за кадром. Юрист с улыбкой поведал, что работа в Circle – огромная возможность, но его опционы ничего не стоят, даже если их исполнят. Впрочем, теперь он все равно не сможет ими воспользоваться. Джонни отказался: «Нет, я не буду работать в Circle. Я хочу опционы». Джулс встала. По его словам, она заявила, что у него нет никаких прав и что, если ему не хочется работать в Poloniex, он может уволиться прямо сейчас. Джонни ответил, что если ему не дадут возможности проконсультироваться с адвокатом, то он начнет записывать разговор. Тогда юрист Polo ответил, что больше на данный момент сделать ничего нельзя, придется договариваться о встрече с адвокатом Джонни. На этом разговор закончился.

Джонни поработал еще несколько дней, но его юрист слишком долго тянул с делом, поэтому он решил уволиться.

Когда Тайлер вернулся в следующий вторник, ему передали, будто несколько сотрудников, услышав новости, уволились, потому что являлись идеологами крипты и решили, что Polo продает душу дьяволу, раз Circle работает при поддержке Goldman Sachs. Еще он подумал, что они наверняка уже накопили кучу эфира и могут не работать до конца жизни. Зато странные собеседования, через которые он прошел, вдруг приобрели смысл в этом свете – оглядываясь назад, он понял, что утопические картины будущего Polo, которые рисовали ему Джулс и Майк, на самом деле относились к Circle.

В конце декабря 2017 года, когда эфир торговался в районе 700 долларов, Виталик прочитал твит своего старого друга анархиста Амира, который в 2013 году пригласил его в миланский сквот «Макао», а потом жил с Михаем в Лондоне, куда пригласил Гэвина, рассказав ему о крипте. Амир твитнул: «Биткойн становится провальным проектом. Семена его гибели – в руинах сообщества, ослепленного огромным ростом стоимости, и в грядущей божественной расплате. Однажды вы все поймете мои слова, но будет поздно, поезд уже уйдет». Виталик процитировал твит и написал: «К этому предупреждению должны прислушаться *все* криптосообщества, включая Ethereum. Нужно отличать сотни миллиардов долларов на цифровой бумаге от настоящего достижения чего-то важного для людей». В следующем твите он упоминает шардинг (сегментирование) – это способ выполнять в блокчейне больше транзакций в секунду:

Если все, чего мы достигнем, – мемы про «ламбо» и детские каламбуры про «шартинг»[33], тогда я УЙДУ.

Хотя еще надеюсь, что сообщество повернет в правильном направлении.

4 января 2018 года эфир впервые превысил 1 тысячу долларов, поставив новый рекорд в 1 045. В следующие дни он торговался выше тысячи, понемногу приподнимаясь, пока 7 января не забрался выше 1 153 долларов. На следующий день он пробил очередной потолок, достигнув почти 1 267. Затем – чуть-чуть не дошел до 1 321. Затем – 1 417 с чем-то. (В тот же день в Quartz написали, что в Японии появилась девчачья поп-группа Kasotsuka Shojo, они же «Девочки – Цифровая Валюта», где каждая участница символизировала разную криптовалюту.) 13 января эфир поставил свой новый исторический рекорд – чуть выше 1 432 долларов. В тот же день в The New York Times вышла статья «Все безумно богатеют, а ты – нет». На фотографии были два гостя вечеринки на Биткойн-митапе в Сан-Франциско: один – в рождественском свитере с черными горизонтальными полосами, заполненными геометрическими снежинками и логотипами Ethereum с двойным тетраэдром; второй – в желтой биткойновой версии, с буквой B, написанной курсивом на полосках. Журналистка общалась с персонажем из крипты, похожим на Форреста Гампа, в розовой рубашке и розовых штанах, который поведал: «Я занимаюсь ICO. Это моя тема… Там я, пара венчурных капиталистов и куча шарлатанов». Он показал ей свой дом, он же «Криптозамок» с шестом для стриптиза. Рассказывая, как раздумывает, принять или нет приглашение на реалити-шоу, он сказал: «Да у меня было свидание с Беллой Хадид и без всяких реалити-шоу».

В то время Виталик наблюдал за пузырем, все больше испытывая страх по поводу взлетающей цены и гадая, заслужил ли Ethereum все это, и вдруг инстинктивно что-то почувствовал. Он продал 70 тысяч эфира фонда по курсу где-то 1 300 долларов за 1 ETH – больше 90 миллионов.