На службе россии

“Три черты характерны для нашей организации в России:

Первая черта – активность. Масштабы нашей организации в России большие, чем мы сами это улавливаем здесь за рубежом. Мы отстаем в своей оценке нашей деятельности в России…

Второй чертой следует признать нашу радикальность. Слухи о деятельности НТС усиливают представление о наскак о радикальной организации. Усиливает это представление и сама власть.

Третьей чертой организации НТС в России является недостаточная организованность… Члены Союза в России ожидают от нас, по крайней мере, идейно-политического, организационного и технического обслуживания”.

Обслуживание постепенно усиливается. Тему эту начинают затрагивать и литераторы. Например 22 октября 1963 года “Литературная газета” помещает статью Владимира Солоухина “Моченые яблоки”. Из нее явствует, что подпольные листовки стали обыденным явлением в стране.

Но развитие внутрироссийской организации НТС требует более углубленного анализа {См. 2-е приложение к этой главе}.

Зарубежный НТС

Отделить его от организации внутрироссийской становится постепенно все труднее… Работа над составлением новой Программы организации, соответствующей новому этапу борьбы. Проект составлен за рубежом. От внутрироссийских членов приходят отзывы, поправки, пожелания… То, что в этом деле делается в России и за рубежом, уже неотделимо.

Революционная, подпольная литература… Основная часть ее составляется еще, в первой половине шестидесятых годов, зарубежными силами организации. Потом в эту работу впрягутся внутрироссийские силы. Но политическое и идейное творчество зарубежных сил НТС не утратит своего значения. Оба творчества – зарубежное и внутрироссийское – сольются воедино.

Значение и рост этого идейного наступления отражаются в советской печати.

Сперва, в начале шестидесятых годов – тон спокойный, иронический, снисходительный. Так, мы читаем:

“Любые средства использует НТС для переправки в нашу страну своих демагогических антисоветских фальшивок. Брошюры, журналы, листовки, письма антисоветского содержания направляются по любому адресу, который удается узнать. Их суют в книжные посылки, в рекламные листы, в обшивку идущего из-за границы оборудования и т. д.” (“Советская Молдавия”, 11 октября 1960 г.).

Пятью годами позже, когда после продолжительного молчания власть опять заговорит открыто про НТС, тон уже другой:

“Сегодняшнее 'кредо' антисоветизма – перенести войну идей в социалистические страны, проникнуть в самое сердце социалистической идеологии” (журнал “Коммунист”, июль 1965 г.).

Кто занимается этим “проникновением в самое сердце”, тоже будет сказано вскоре:

“Франкфурт-на-Майне превратился в один из центров антикоммунистической пропаганды и подрывной деятельности против СССР и социалистических стран. Немалая роль в этой деятельности отведена так называемому издательству “Посев” – белоэмигрантскому притону, специализирующемуся на издании наиболее низкопробной антисоветской стряпни. Романов, Артемов, Тарасова и Ко набили руку на изготовлении наиболее ядовитого “психологического” оружия… Антисоветские пасквили, листовки и прокламации, напечатанные на тончайшей бумаге, чаще всего пересылаются тайными путями и распространяются из-под полы” (“Комсомольская правда”, 17 и 18 марта 1966 г., две статьи С. Голикова под общим заголовком “Альянс грязных рук”).

Тревога советской печати едва ли соответствует относительно скромным возможностям зарубежной организации, хотя еще действуют передачи радиостанции “Свободная Россия” (глушимые с особым остервенением).

Радиопередачи, правда, подкрепляются новыми методами идейного проникновения.

Значительно возрастает количество “стрел” – писем политического характера, посылаемых соотечественникам из зарубежных стран. В СССР идут теперь миллионы писем. Цензура все их проверить не в состоянии, граница становится более проницаемой. В декабре 1964 года в органе НТС “За Россию” мы читаем:

“Сейчас 'стрелы' летят на нашу родину из тридцати двух стран мира… количество разных 'стрел', разных почтовых отправлений достигает в этом году многих десятков тысяч”.

Постепенно усиливается контакт зарубежных организаций НТС с моряками советского военного и торгового флота. Матросы, да и офицеры, все охотнее идут на общение.

Особенно памятна встреча с нашими моряками 21 октября 1964 года, т. е. вскоре после падения Хрущева, в Тронхейме (Норвегия). Перед отходом кораблей члены НТС разворачивают в порту большой плакат. На нем значится: “Не только Хрущева, – всех их за борт!”… Общение не только в северно-европейских портах, – в портах американских, в австралийских, почти везде… {См. 3-е приложение к этой главе}.

В дело освободительной борьбы в тесном контакте с зарубежным НТС начинают включаться молодые иностранцы. Часть западной молодежи не может понять сущности тоталитаризма. Некоторые не понимают до сих пор. Это в нашей стране вызывает недоумение и раздражение: