Читаем Наш общий друг. Часть 2 полностью

Когда Сайлесь Веггъ получилъ наконецъ свободный доступъ въ «нашъ домъ», какъ онъ привыкъ называть то зданіе, передъ которымъ столько лѣтъ сидѣлъ съ своимъ лоткомъ, и когда онъ увидѣлъ, какъ и слѣдовало ожидать по естественному ходу вещей, что оно не сходится съ тѣмъ планомъ дома, который былъ имъ построенъ въ воображеніи, то, какъ человѣкъ дальновидный и хитрый, онъ, чтобы поддержать свои прежнія розсказни и выпутаться изъ нихъ, принималъ на себя, говоря о «нашемъ домѣ», покорно-грустный видъ и сѣтовалъ о минувшемъ, какъ будто домъ и онъ съ нимъ вмѣстѣ претерпѣли крушеніе въ жизни.

— И это, сэръ, былъ когда-то нашъ домъ! — говорилъ мистеръ Веггъ своему покровителю, печально качая головой и вздыхая. — Вѣдь это, сэръ, то самое строеніе, изъ подъѣзда котораго, какъ мнѣ часто приходилось видѣть, выходили важные господа: миссъ Элизабетъ, мистеръ Джорджъ, тетушка Дженъ и дядюшка Паркеръ. (Всѣ эти имена, какъ уже извѣстно читателю, мистеръ Веггъ придумалъ самъ.) И вотъ чѣмъ все это кончилось, какъ подумаешь!.. Охъ-хо-хо!

И такою тоской звучали эти сѣтованія, что кроткій мистеръ Боффинъ искренно жалѣлъ бѣднягу Вегга и почти готовъ былъ вѣрить, что покупкой «нашего дома» онъ нанесъ этому плуту невознаградимый ущербъ.

Два-три дипломатическихъ свиданія съ мистеромъ Винасомъ — плоды великой тонкости ума мистера Вегга, покрытые личиной беззаботной покорности случайному стеченію обстоятельствъ, направившихъ его въ ту сторону, гдѣ проживалъ мистеръ Винасъ, доставили Веггу возможность покончить его торгъ съ этимъ джентльменомъ.

— Принесите ее мнѣ въ павильонъ въ субботу вечеромъ, — сказалъ Сайлесъ, когда торгъ былъ заключенъ, — и если дружескій стаканъ старой подогрѣтой ямайки придется вамъ по вкусу, то я не такой человѣкъ, чтобъ пожалѣть его для васъ.

— Вамъ не безызвѣстно, сэръ, что я плохой собесѣдникъ, — отвѣчалъ мистеръ Винасъ, — но такъ и быть!

Такъ оно и было, какъ сказалъ мистеръ Винасъ.

Вотъ наступаетъ вечеръ субботы, и мистеръ Винасъ звонить у калитки павильона. Мистеръ Веггъ отворяетъ калитку, видитъ какой-то цилиндрическій свертокъ изъ коричневой бумаги подъ мышкой у мистера Винаса и говоритъ довольно сухо:

— Я думаю, вы могли бы и на извозчикѣ пріѣхать.

— Нѣтъ, мистеръ Веггъ. Я не важнѣе этого свертка, который пришелъ же сюда на моихъ на двоихъ.

— Не важнѣе свертка! Не важнѣе… гм! — мычитъ мистеръ Веггъ съ замѣтнымъ неудовольствіемъ и прибавляетъ (не вслухъ): «Есть свертки, которые могутъ быть и поважнѣе тебя».

— Вотъ ваша покупка, мистеръ Веггъ, — продолжаетъ Винасъ, учтиво подавая ему коричневый цилиндръ. — Я очень счастливъ возможностью возвратить ее источнику, изъ коего она проистекла.

— Спасибо, — отвѣчаетъ Веггъ. — Но теперь, когда мы покончили съ этимъ дѣломъ, я могу сказать вамъ по-дружески, что это, знаете, еще вопросъ, могли ли бы вы не возвратить мнѣ этой вещи, если бъ я потребовалъ ее судомъ. Я это, то есть, въ томъ смыслѣ, что она слѣдовала мнѣ по закону.

— Вы думаете, мистеръ Веггъ? Но вѣдь я купилъ васъ за чистыя денежки, сэръ.

— Нельзя покупать человѣческую плоть и кровь въ этой странѣ,- живую, я разумѣю, — возражаетъ Веггъ, качая головой. — Поэтому вопросъ: могли ли вы, имѣли ли право купить мои кости?

— Вы спрашиваете то есть, какъ оно по закону слѣдуетъ? — освѣдомился мистеръ Винасъ.

— Да, какъ по закону?

— Я недостаточно свѣдущъ въ законахъ, мистеръ Веггъ, — отвѣчаетъ Винасъ, краснѣя и немного возвышая голосъ, — но зато по части фактовъ я кое-что смыслю, и съ точки зрѣнія факта я вамъ скажу, что я еще посмотрѣлъ бы… Угодно вамъ, чтобы я договорилъ, что слѣдуетъ дальше? Вы разрѣшаете договорить?

— На вашемъ мѣстѣ я только то и сказалъ бы, что слѣдуетъ дальше, — говоритъ примирительно мистеръ Веггъ.

— Ну, такъ я посмотрѣлъ бы еще, какъ бы вы, получивъ отъ меня этотъ свертокъ, не отдали бы мнѣ за него, что мнѣ слѣдуетъ. Я не претендую знать, какой тутъ подходить параграфъ закона, но фактъ я достаточно знаю.

Такъ какъ мистеръ Винасъ вообще раздражителенъ (вѣроятно, отъ несчастной любви) и такъ какъ мистеръ Веггъ не имѣетъ желанія его сердить, то и говоритъ успокоительнымъ тономъ:

— Я это только такъ сказалъ — просто какъ маленькій казусъ: я излагалъ свои мысли предположительно.

— Я желалъ бы, мистеръ Веггъ, — отвѣчаетъ на это мистеръ Винасъ, — чтобы въ другой разъ вы лучше не излагали предположитеіьно, а выкладывали бы деньги на столъ. Откровенно скажу: мнѣ ваши маленькіе казусы не нравятся.

Въ это время они входятъ въ гостиную мистера Вегга, освѣщенную въ этотъ свѣжій вечеръ газомъ и каминомъ. Мистеръ Винасъ смягчается, хвалитъ помѣщеніе и, пользуясь случаемъ, напоминаетъ Веггу, что онъ, Винасъ, уже поздравлялъ его разъ съ превосходнымъ мѣстомъ, которое ему досталось.

— Мѣсто сносное, — соглашается Веггъ. — Но помните, мистеръ Винасъ: нѣтъ золота безъ примѣси… Наливайте-ка да садитесь къ камину. Не желаете ли позабавиться трубочкой, сэръ?

— Я небольшой до нихъ охотникъ, сэръ, но за компанію курну разокъ-другой съ промежуточками.

Перейти на страницу:

Все книги серии Новая библіотека Суворина

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
Браки совершаются на небесах
Браки совершаются на небесах

— Прошу прощения, — он коротко козырнул. — Это моя обязанность — составить рапорт по факту инцидента и обращения… хм… пассажира. Не исключено, что вы сломали ему нос.— А ничего, что он лапал меня за грудь?! — фыркнула девушка. Марк почувствовал легкий укол совести. Нет, если так, то это и в самом деле никуда не годится. С другой стороны, ломать за такое нос… А, может, он и не сломан вовсе…— Я уверен, компетентные люди во всем разберутся.— Удачи компетентным людям, — она гордо вскинула голову. — И вам удачи, командир. Чао.Марк какое-то время смотрел, как она удаляется по коридору. Походочка, у нее, конечно… профессиональная.Книга о том, как красавец-пилот добивался любви успешной топ-модели. Хотя на самом деле не об этом.

Елена Арсеньева , Дарья Волкова , Лариса Райт

Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Проза / Историческая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия
Том 7
Том 7

В седьмой том собрания сочинений вошли: цикл рассказов о бригадире Жераре, в том числе — «Подвиги бригадира Жерара», «Приключения бригадира Жерара», «Женитьба бригадира», а также шесть рассказов из сборника «Вокруг красной лампы» (записки врача).Было время, когда герой рассказов, лихой гусар-гасконец, бригадир Жерар соперничал в популярности с самим Шерлоком Холмсом. Военный опыт мастера детективов и его несомненный дар великолепного рассказчика и сегодня заставляют читателя, не отрываясь, следить за «подвигами» любимого гусара, участвовавшего во всех знаменитых битвах Наполеона, — бригадира Жерара.Рассказы старого служаки Этьена Жерара знакомят читателя с необыкновенно храбрым, находчивым офицером, неисправимым зазнайкой и хвастуном. Сплетение вымышленного с историческими фактами, событиями и именами придает рассказанному убедительности. Ироническая улыбка читателя сменяется улыбкой одобрительной, когда на страницах книги выразительно раскрывается эпоха наполеоновских войн и славных подвигов.

Артур Конан Дойль , Артур Конан Дойл , Наталья Васильевна Высоцкая , Екатерина Борисовна Сазонова , Наталья Константиновна Тренева , Виктор Александрович Хинкис , Артур Игнатиус Конан Дойль

Детективы / Проза / Классическая проза / Юмористическая проза / Классические детективы