Наш общий друг. Часть 3

— Да, ты отгадалъ, это она мнѣ подсказала слово, — сказалъ Ляйтвудъ. — Слушай же, Юджинъ, мы условимся такъ: если я успѣшно исполню твое порученіе къ Лиззи, то ты узнаешь это изъ того, что увидишь ее здѣсь, на моемъ мѣстѣ у твоей постели. Она придетъ, чтобы уже не разставаться съ тобой… Еще одно слово, прежде чѣмъ я уйду. Ты выбралъ правильный путь, путь истинно честнаго человѣка, Юджинъ. И я глубоко вѣрю, вѣрю всей душой, что если Провидѣніе умилосердится надъ нами и сохранитъ тебя для насъ, ты будешь счастливъ, имѣя своею женой благородную женщину, которая спасла тебѣ жизнь и которую ты будешь горячо любить.

— Аминь. Я въ этомъ увѣренъ. Но я не встану, Мортимеръ.

— Отъ этого въ душѣ твоей, Юджинъ, не ослабѣютъ надежда и бодрость.

— Нѣтъ, не ослабѣютъ. Прикоснись своимъ лицомъ къ моему, если я буду въ невѣдомой странѣ, когда ты возвратишься. Я люблю тебя, Мортимеръ. Не тревожься обо мнѣ, когда уйдешь. Если моя милая, храбрая дѣвушка согласится взять меня, я проживу достаточно долго, чтобъ обвѣнчаться съ ней. Я твердо вѣрю въ это, мой другъ.

Это прощанье друзей сломило выдержку миссъ Дженни. Сидя спиною къ кровати въ пышной бесѣдкѣ своихъ свѣтлыхъ волосъ, она плакала въ три ручья, но беззвучно. Мортимеръ ушелъ. Когда лучи вечерняго солнца удлинили темныя отраженія деревьевъ въ рѣкѣ, въ комнату больного легкими шагами вошла другая фигура и стала у изголовья кровати.

— Онъ въ сознаніи? — спросила миссъ Дженни, потому что она сейчасъ же уступила мѣсто вошедшей и не могла видѣть лица страдальца съ того мѣста, куда она перешла.

— Онъ въ сознаніи, Дженни, — отвѣтилъ за Лиззи Юджинъ. — Онъ узнаётъ свою жену.

XIОткрытію маленькой швеи дается надлежащій ходъ

Мистрисъ Джонъ Роксмитъ сидѣла въ своей чистенькой комнаткѣ за шитьемъ, и передъ нею стояла корзинка съ крошечными принадлежностями дѣтскаго туалета, до такой степени напоминавшими произведенія кукольной швеи, что можно было заподозрѣть, не собирается ли мистрисъ Роксмитъ пуститься въ конкурренцію съ миссъ Ренъ. Незамѣтно было, чтобы «Полная Британская Хозяйка» помогала ей своими мудрыми совѣтами въ этой работѣ, должно быть, что нѣтъ, такъ какъ нигдѣ не видно было слѣдовъ этого туманнаго оракула. Тѣмъ не менѣе, мистрисъ Роксмитъ строчила такою опытной, ловкой рукой, что навѣрно передъ тѣмъ она у кого-нибудь брала уроки шитья. Любовь — удивительный учитель во всѣхъ житейскихъ дѣлахъ; любовь-то можетъ быть (вооруженная, впрочемъ, наперсткомъ) и научила мистрисъ Роксмитъ этой отрасли швейной работы.

Подходилъ часъ возвращенія домой Джона, но такъ какъ мистрисъ Роксмитъ хотѣлось докончить до обѣда какой-то шедевръ своего искусства, то она не пошла къ нему навстрѣчу. Улыбаясь спокойно, но съ сознаніемъ важности своего дѣла, она отмахивала стежокъ за стежкомъ съ равномѣрнымъ, правильнымъ звукомъ, точно хорошенькіе столовые часы изъ дрезденскаго фарфора работы лучшаго мастера.

Стукъ въ наружную дверь и звонъ колокольчика. Это не Джонъ, иначе Белла полетѣла бы встрѣчать его. Такъ кто же это, если не Джонъ? Белла задавала себѣ этотъ вопросъ, когда къ ней влетѣла ея суетливая маленькая служанка съ докладомъ:

— Мистеръ Ляйтвудъ.

— О, Господи!

Белла только-только успѣла накинуть платокъ на корзинку, какъ мистеръ Ляйтвудъ уже отвѣшивалъ ей поклонъ. Съ мистеромъ Ляйтвудомъ было что-то неладно: онъ былъ какъ-то необыкновенно серьезенъ и казался больнымъ.

Послѣ нѣсколькихъ вступительныхъ словъ насчетъ того счастливаго времени, когда онъ имѣлъ честь знать мистрисъ Роксмитъ еще какъ миссъ Вильферъ, мистеръ Ляйтвудъ объяснилъ, почему у него такой странный видъ и зачѣмъ онъ явился. Онъ явился по порученію Лиззи Гексамъ, которая надѣется, что мистрисъ Роксмитъ не откажется пожаловать къ ней на свадьбу.

Белла такъ взволновалась этимъ приглашеніемъ и послѣдовавшимъ за нимъ короткимъ трагическимъ разсказомъ, что никогда еще флакончикъ съ нюхательной солью не подоспѣвалъ такъ кстати, какъ подоспѣлъ раздавшійся въ эту минуту стукъ Джона въ наружную дверь.

— Это мужъ. Сейчасъ я его позову, — сказала Белла.

Но оказалось, что это было легче сказать, чѣмъ сдѣлать, ибо какъ только она назвала Джону Ляйтвуда, Джонъ, уже взявшійся было за ручку двери гостиной, остановился.

— Пойдемъ наверхъ, дорогая.

Беллу удивило, что онъ вдругъ покраснѣлъ и круто повернулъ прочь отъ двери. «Что это значить?» думала она, поднимаясь за нимъ по лѣстницѣ.

— Ну, моя радость, разскажи мнѣ теперь, въ чемъ дѣло, — сказалъ Джонъ, сажая ее къ себѣ на колѣни.

Все это прекрасно — разскажи мнѣ въ чемъ дѣло, — однако Джонъ очень смущенъ. Его вниманіе было поглощено чѣмъ-то другимъ даже тогда, когда она стала, разсказывать ему, въ чемъ дѣло. А между тѣмъ она знала, что онъ искренно интересуется Лиззи и ея судьбой. Что бы могло это значить?

— Ты поѣдешь со мной на эту свадьбу, Джонъ?

— Н… нѣтъ, мой дружокъ, я не могу.

— Не можешь, Джонъ?

— Нѣтъ, объ этомъ не можетъ быть и рѣчи. Мнѣ невозможно ѣхать.

— Такъ мнѣ придется ѣхать одной?

— Нѣтъ, ты поѣдешь съ мистеромъ Ляйтвудомъ.