Наш общий друг. Часть 3

— Ни чуточки не нарушали, сэръ, — сказалъ Винасъ. — Я отъ роду такъ сладко не спалъ, благодарю васъ.

— Вотъ то-то! — буркнулъ Веггъ. — А посидѣли бы вы въ моей шкурѣ, такъ не то бы запѣли. Если бы васъ сдергивали съ постели, отрывали отъ сна, отъ ѣды, сводили бы съ ума нѣсколько мѣсяцевъ безъ передышки, такъ, небось, и вы бы похудѣли и были бы не въ духѣ.

— А, вѣдь, и впрямь васъ подтянуло-таки, мистеръ Веггъ- сказалъ Винасъ, созерцая его фигуру артистическимъ глазомъ. — Здорово подтянуло! Покровы на вашихъ костяхь до того сморщились и пожелтѣли, что можно подумать, вы не ко мнѣ въ гости пожаловали, а вонь къ тому французскому джентльмену, что стоитъ въ углу.

Мистеръ Веггъ, совершенно разобиженный, взглянулъ въ тотъ уголъ, гдѣ стоялъ французскій джентльменъ, и, должно быть, замѣтилъ тамъ что-то новое, потому что сейчасъ же посмотрѣлъ въ противоположный уголъ, потомъ надѣлъ очки и принялся заглядывать во всѣ щели, и закоулки полутемной лавчонки.

— Что это? Да у васъ тутъ, никакъ, все повычищено? — сказалъ онъ, наконецъ.

— Да, мистеръ Веггъ. Рукою обожаемой женщины.

— Стало быть вы затѣяли, какъ надо думать, жениться?

— Именно, сэръ.

Сайлесъ снялъ очки, находя жизнерадостную физіономію своего друга и компаньона слишкомъ отвратительной для того, чтобы стоило созерцать ее въ увеличенномъ видѣ, и спросилъ:

— На старой?

— Мистеръ Веггъ! — обратился къ нему Винасъ съ внезапно вспыхнувшимъ гнѣвомъ. — Особа, о которой идетъ рѣчь, совсѣмъ не стара.

— Я хотѣлъ сказать — на той, что прежде не соглашалась, — терпко пояснилъ Веггъ.

— Мистеръ Веггъ, въ дѣлахъ столь деликатнаго свойства слѣдуетъ выражаться яснѣе, и я позволю себѣ побезпокоить насъ просьбой… просьбой… вотъ именно — выражаться яснѣе, — сказалъ мистеръ Винась. — Есть струны, на которыхъ нельзя играть. Да, сэръ! На нѣкоторыхъ струнахъ можно играть только съ благоговѣніемъ — только въ тонъ, такъ сказать. И изъ такихъ-то мелодическихъ струнъ соткана миссъ Плезантъ Райдергудъ.

— Такъ это она — та особа, что прежде не соглашалась? — спросилъ Веггъ.

— Сэръ! — отвѣчалъ Винасъ съ достоинствомъ. — Я принимаю измѣненное выраженіе. Да, это та самая особа, что прежде не соглашалась.

— Когда же васъ окрутятъ съ ней? — спросилъ Веггъ.

— Мистеръ Веггъ! — проговорилъ Винась съ новой вспышкой гнѣва. — Я не могу вамъ позволить говорить объ этомъ предметѣ такимъ вульгарнымъ языкомъ. Я долженъ сдержанно, но твердо попросить васъ, сэръ, сдѣлать поправку въ вашемъ вопросѣ.

— Когда эта особа отдастъ свою руку тому, кому отдала уже сердце? — неохотно поправился мистеръ Веггъ, сдерживая свою досаду во вниманіе къ ихъ общему дружескому предпріятію и общему капиталу.

— Сэръ! — отвѣчалъ Винась. — Я опять-таки принимаю измѣненное выраженіе, и принимаю съ удовольствіемъ. Эта особа отдастъ свою руку тому, кому отдала уже сердце, — въ понедѣльникъ.

— Стало быть причины, по которымъ она не соглашалась прежде, теперь устранены? — спросилъ Сайлесъ.

— Мистеръ Веггъ! — началъ торжественно Винасъ. — Такъ какъ я вамъ уже объяснялъ одинъ или нѣсколько разъ — я не помню…

— Нѣсколько разъ, — сказалъ Веггъ.

— … какого рода были причины отказа этой особы, — продолжалъ Винасъ, — то я могу теперь, не нарушая нѣжнаго довѣрія, возникшаго съ тѣхъ поръ между мною и этой особой, объяснить вамъ, что онѣ были устранены благодаря посредничеству двухъ моихъ добрыхъ друзей, изъ коихъ одинъ былъ еще раньше знакомь съ той особой, а другой — нѣтъ. Вотъ эти-то друзья мои, сэръ, и оказали мнѣ величайшую услугу, посѣтивъ ту особу и замолвивъ ей словечко за меня. Они спросили ее, сэръ, нельзя ли уладить дѣло къ общему удовольствію, то есть завершить его законнымъ бракомъ, если я пойду на уступки. Они сказали ей такъ: «Если, напримѣръ, онъ послѣ свадьбы ограничится въ своемъ ремеслѣ скелетами однихъ мужчинъ, дѣтей да низшихъ животныхъ, то не будетъ ли она удовлетворена въ своихъ деликатныхъ чувствахъ, какъ дама, касательно вопроса о костякахъ?» Это была счастливая мысль, сэръ, и она принесла плоды.

— А у васъ, какъ я погляжу, мистеръ Винасъ, что-то много друзей завелось, — замѣтилъ Веггъ не безъ ехидства.

— Довольно-таки, сэръ, — отвѣчалъ этотъ джентльменъ спокойно таинственнымъ тономъ. — Ничего себѣ. Довольно.

— Ну что жъ, желаю вамъ счастья, — сказалъ Веггъ, взглянувъ на него подозрительнымъ взглядомъ. — Одинъ на одно деньги тратитъ, другой — на другое. Вы вотъ жениться собираетесь, а я хочу попутешествовать.

— Въ самомъ дѣлѣ?

— Перемѣна воздуха, морскіе пейзажи и естественный сонъ, надѣюсь, возстановятъ мои силы послѣ всѣхъ этихъ мученій, какія я вытерпѣлъ отъ приказчика съ перевязанной головой. Теперь, когда я отбылъ эту повинность и кучи свезены, пришло время поприжать Боффина. Что вы скажете, товарищъ, если я предложу — завтра? Завтра утромъ въ десять часовъ удобно будетъ для васъ пойти прищемить хвостъ этому Боффину?

Завтра утромъ въ десять часовъ мистеру Винасу было вполнѣ удобно заняться этимъ превосходнымъ дѣломъ.

— Надѣюсь, вы хорошо за нимъ присматривали это время? — спросилъ Сайлесъ.