Наше всё.Футбольная хрестоматия

В последние годы я главный инициатор подобных аттракционов. Ну устали ребята, настроение неважнецкое — вот и выдумаешь что-нибудь забавненькое. Тут как-то в аэропорту подговорил я лучшего мастера по обуви вместе с багажом прокатиться. И вот представьте картину Солидные люди ждут свои сумки, всматриваются в конвейер, а там среди чемоданов с гордым видом восседает какой-то мужик. Люди пальцами у виска крутили, мы с пацанами за животы держались, а Зинченко не обращал ни на что внимание — он с присущей ему основательностью выполнял «специальное задание» и наматывал круги в обществе всевозможных баулов и тюков. И мы ему за это были благодарны. * * *

Слава Зинченко называет Александра Хаджи папой. А я — Салихом. Салих Лютфиевич — настоящее имя нашего извечного менеджера. Александром Леонидовичем его в 1980-х сделал Николай Петрович Старостин, для удобства обращения. Хаджи — человек, который может что угодно достать и с кем угодно о чем угодно договориться.

Хаджи наделен очень тонким юмором (впрочем, люди без чувства юмора в «Спартаке» не задерживаются). Нужно не один год внимательно поизучать Салиха, чтобы научиться понимать, когда он шутит, а когда говорит искренне. Так, фразы «Тебе начислили премию», «Марсиане высадились в Тарасовке». «Зидан перебирается в «Спартак» и «Тренировка будет в одиннадцать» он произносит с абсолютно одинаковой мимикой, жестикуляцией и интонацией. После этого непременно стоит пойти и у кого-то переспросить, а правда ли? Я, к счастью, давно хитрющего Александра Леонидовича раскусил, хотя ручаться за то, что завтра вновь не попадусь на его фокусы, не могу.

Меня подкупает, что Хаджи на ты с мячом. Мы с ребятами любим садиться и смотреть, как тренеры и администраторы в дыр-дыр гоняют. Хаджи всегда играет с поднятой головой, сразу видно — спартаковец. Хотя, быть может, ему просто пузо мешает на мяч-то смотреть? (шутка).

Но вот кто меня на футбольном поле шокирует — так это наш оператор Александр Иванович Святкин. Мужичку за шестьдесят лет. Худенький, маленький, дважды между жизнью и смертью был. Да еще черный кофе в день кружек по десять выпивает. Спортом не занимается. Но когда его на газон выпускают, он весь матч носится как угорелый. Самый выносливый и самый травмоопасный. Ничего не боится. Наши новички при виде такой работоспособности ветерана дар речи теряют. После игры Александр Иваныч приходит в девятую комнату, где аппаратура стоит, и без раскачки принимается что-то искать, записывать, нарезать. Когда он спит — загадка!

Святкин — бывший сотрудник закрытого предприятия, связанного с космосом. И мысли, и идеи, и разговоры у него такие же, неземные. Поэтому старожилы его Космонавтом Ивановичем зовут.

Наш видеооператор и вправду не от мира сего. Баек про него тоже уже сложено немало.

Как-то Романцев в гостинице на сборах захотел видеокассету с каким-то матчем посмотреть и спросил у него: «Александр Иванович, ты в каком номере живешь?» А тот Олегу Ивановичу (!) ответил: «Все в нашей галактике относительно».

Когда главный тренер повторил свой вопрос, Святкин ему свою трактовку теории относительности объяснять стал. Чем закончился разговор, писать не буду. * * *

Начальник команды Валерий Владимирович Жиляев тот эпизод до сих пор Святкину простить не может. Владимирыч всегда за все переживает, хлопочет и жутко не любит никаких накладок. У меня ни один семейный вопрос без Жиляева не решается.

Прописки, регистрации, справки, корочки, пропуска, приглашения — все делает он. Допустим, захотела дочка попасть на Кремлевскую елку — набираю номер Владимирыча, и вечером на следующий день у Анютки уже есть билет.

Во многом благодаря Жиляеву все спартаковцы, выходцы из стран бывшего CCCR получили высшее образование. Владимирыч — он же дотошный. Скажет «надо» и не отстанет до тех пор, пока не сделаешь. Этот человек не признает слов «не могу», «нельзя». Для него препятствий вообще не существует. Уж как в свое время Андрей Тихонов не хотел учиться, но Жиляев и его за парту усадил. Когда наступает сессия, то такое впечатление, что это у Владимирыча экзамены. Несколько лет назад он в буквальном смысле брал футболистов, запихивал в машину и развозил по институтам. Все предметы освоил. Безродного, например, заставлял диктанты писать. После тренировок сажал в Тарасовке, давал тетрадку, ручку и диктовал текст из классического произведения.

Саню Мостового Жиляев вначале в техникуме контролировал, затем более десяти лет к диплому Института физкультуры вел и своего добился. И то, что в армию никто из спартаковцев не загремел и в ЦСКА не оказался, тоже его заслуга.

* * *