Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

Маньяк сказал, что видел ее на выпускном вечере, отметил, что она очень красивая. Поинтересовался, девственница ли она. Затем он спросил, где в доме хранятся деньги, и вышел из комнаты. Побродив по дому, он зашел на кухню. Вскоре он вернулся и второй раз изнасиловал девушку. Закончив, он продолжил расхаживать по дому. Прошло довольно продолжительное время. Девушка прислушивалась ко всем звукам, доносящимся из-за двери, насколько это позволяла ткань, обмотанная вокруг ее головы. Наконец мужчина снова вошел в комнату, и насилие повторилось третий раз.

Вытерев живот и бедра девушки, он спросил ее, где их отец хранит «тревожный чемоданчик», в котором могли находиться наркотические препараты. Получив очень невнятный ответ, он последний раз покинул комнату. Еще немного погремев посудой и мебелью, ночной кошмар шестнадцатилетней Мэри исчез во тьме, из которой появился. Полежав еще полчаса, девушка услышала неподалеку звук двигателя автомобиля и решила, что это уезжает преступник. С трудом освободив ноги и сняв повязку с глаз, она добралась до спальни сестры. Кейт тоже боролась с путами. Девушки развязали друг друга и вызвали полицию. На часах было полпятого утра.

Когда полицейские приехали на место происшествия и осмотрели сад и дом, то сделали вывод, что преступник все спланировал заранее. Во-первых, он знал, где спят девушки. Об этом свидетельствовали следы под окнами Кейт – насильник перед входом в дом решил убедиться в том, что девушки на своих местах. Во-вторых, он принес с собой заранее нарезанную веревку для связывания девушек. В-третьих, он сразу пошел в спальню к старшей сестре, которая располагалась дальше от входа. Это говорило о том, что его целью изначально была только Мэри. После связывания насильник так и не заходил в комнату Кейт. Тот факт, что он завязал Мэри глаза, говорил о том, что убивать нападавший никого не собирался, как и грабить семью. Ничего ценного из дома не пропало – весь бардак, который он устроил в доме жертв, был явно создан, чтобы прикрыть единственную цель – получение сексуального удовлетворения.

В этот раз улик было получено больше, но они вызвали больше вопросов, чем дали ответов. Злоумышленник оставил на кухне две пустые пивные банки. Девушки утверждали, что не пьют пиво, а значит, оставить их мог только он. Следователи сразу предположили, что отпечатки, которые они найдут на банках, принадлежат невиновным людям. А банки оставлены специально, чтобы запутать следствие. Также на месте преступления были найдены образцы спермы и пота нападавшего, однако в то время генетической экспертизы еще не существовало, и собранные образцы были просто отправлены в лабораторию на хранение.

Странным было то, что девушки почему-то по-разному описывали преступника. Старшая сестра утверждала, что он был в лыжной маске, а младшая – что в маскарадной маске и цветном чулке поверх нее. Сначала детективы объяснили это разницей в восприятии из-за стресса, но на третий день в комоде Кейт была найдена лыжная маска и перчатки.

Последней зацепкой, которую дали пострадавшие, был звук автомобильного мотора. К сожалению, в результате опроса соседей выяснилось, что это была машина сына их соседей через два дома. Он провел ночь у родителей, а утром уехал на работу.

В остальном показания девушек совпадали с теми, которые были получены в Ранчо-Кордова месяц назад, однако детективы Кармайкла в тот момент об этом не знали. У них не было достаточно информации о том инциденте. Это было связано с тем, что хотя дом Кейт и Мэри располагался буквально в трех километрах от места первого нападения, юридически это были разные административные единицы, где работали разные департаменты, и единой базы по преступлениям в округе не было. Департаменты общались между собой редко и предоставляли информацию неохотно. В результате связь между эпизодами установлена не была и дела проходили как отдельные преступления.

Третье нападение

Всего в пятидесяти метрах от места первого нападения в Ранчо-Кордова, на улице Малага-уэй, перпендикулярно пересекавшей Пасео-драйв, жила семья Браун: сорокалетняя Джессика[24], ее муж Майкл и две их дочери. Младшей, Дженни, на тот момент было двенадцать лет, а старшей, Нэнси, – пятнадцать. Они, конечно же, слышали о случившемся в июне у их соседки и предпринимали все меры предосторожности, проверяя перед сном каждый замок по два раза, а отец семейства был начеку. Однако время имеет свойство притуплять память и ослаблять бдительность. После второго нападения, в Кармайкле, жители Пасео-драйв и прилегающих улиц понемногу отошли от потрясения и снова стали открывать окна по ночам, чтобы впустить прохладный воздух в комнаты, раскаленные калифорнийским солнцем. Жизнь городка вернулась к повседневной рутине.

В один из таких обычных будничных вечеров, двадцать восьмого августа 1976 года, Майкл Браун собрался на работу в ночную смену. Проводив его, Джессика провела вечер в компании дочерей перед телевизором, и примерно в одиннадцать вечера они решили разойтись по спальням.