Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

Десятого февраля 1973 года девятнадцатилетний Брайан Скот Кард и три его друга – Дэвид Оликер и Роберт Спектор, которым было по восемнадцать, и девятнадцатилетний Марк Драйбелбис отдыхали у реки. Внезапно к ним подошел темноволосый парень. Он был грубым и мрачным. Маллин заявил, что они должны уйти. Он помнил, как совсем недавно рейнджеры точно так же выгоняли его с излюбленного места в этом же парке.

Молодые люди пригласили его войти в палатку и поговорить с ними. Они начали разговор, пытаясь склонить Маллина на свою сторону. Они хотели убедить его, что совершенно никому не мешают и ничего не портят. В то же время в голове убийцы уже происходил совсем другой разговор.

«Я решил убить их и телепатически спросил, могу ли я это сделать. Все они ответили утвердительно. Все они сидели в это время, и все было кончено через несколько секунд», – потом расскажет Маллин следователям.

Внезапно Герберт достал пистолет и выстрелил в ближайшего парня. Тот упал, а остальные в панике начали метаться по палатке. Но они были в ловушке со зверем, уже обнажившим клыки. Спустя несколько мгновений тишина воцарилась в лагере недалеко от «Райского сада», а Маллин добавил еще четыре жертвы в свой ужасный список жертв «во имя всеобщего блага».

Через неделю брат Брайана обнаружит в лагере жуткую сцену расправы над молодыми людьми.

Что касается следствия, то в 1973 году еще не было эффективных методов выявления серийных убийц и противодействия им. Дела никто не рассматривал как серии, и вели их полностью раздельно. Да и объединить их было затруднительно, ведь бо2льшая часть жертв маньяка были случайными людьми, а почерка у него не существовало как такового. Это основная проблема при идентификации серийных убийц с психическими заболеваниями, как у Маллина. Он не выбирал жертв по какому-то определенному алгоритму, как это обычно делали организованные серийники. Также у него не было явного мотива для совершения убийства. При этом он действовал достаточно аккуратно, чтобы не слишком сильно выделяться из толпы хиппи и наркоманов, заполонивших Калифорнию семидесятых годов.

Однако обратной стороной монеты для таких убийц является их собственная психика. В какой-то момент они перестают контролировать себя и делают ошибку, которая является роковой и ведет либо к их поимке, либо к их гибели. И на тринадцатой жертве Маллин наконец ошибся.

Последняя жертва и арест

Утром тринадцатого февраля 1973 года Маллин выехал из своей квартиры, где жил последние три недели, чтобы привезти немного дров в дом родителей. Всего за день до этого были обнаружены останки Мэри Гилфойл. Но Герберт не смотрел телевизор, да и газет не читал. Забравшись в машину, он завел двигатель и поехал по дороге мимо частных домов. Внезапно, словно эсэмэс (до изобретения которых, впрочем, было еще девятнадцать лет), в голову парня пришло «сообщение от отца»: «Можешь не возвращаться, пока не убьешь кого-нибудь. Кого угодно». «Голосам» снова требовалась жертва, и Маллин, который к тому времени уже смирился со своей судьбой мессии, не стал спорить. Его взгляд упал на ружье, лежащее на переднем сиденье. Он забрал его из палатки, где расстрелял четверых подростков.

Зарядив оружие, Маллин держал его под рукой, когда увидел пожилого мужчину, работающего в саду перед домом. Герберт остановился совсем недалеко от него, но тот даже не поднял головы, продолжая заниматься своими делами. Тогда Маллин поднял ружье, прицелился и выстрелил мужчине в грудь. Тот даже не успел удивиться такому внезапному повороту событий. Не издав ни звука, он упал навзничь.

Некоторое время Маллин просто сидел в машине без движения, а затем положил ружье, прикрыл его бумажным пакетом, сдал назад и медленно уехал с улицы. Этого времени хватило, чтобы соседка убитого отреагировала на звук выстрела и выглянула в окно. Она увидела «универсал» «шеви», стоявший перед дорожкой к дому соседа, семидесятидвухлетнего Фреда Переза, и тело этого самого соседа, неподвижно лежавшее на земле. Но главное – она разглядела и записала номер уезжающего автомобиля. Женщина вызвала полицию, назвала приметы и номер, который передали всем постам. Вскоре по дороге к Фелтону полицейский остановил Маллина и арестовал его. Герберт не оказал сопротивления и не произнес ни слова.

В участке Маллин продолжал молчать. Он не отвечал вообще ни на какие вопросы, даже на такие: «Есть ли у вас адвокат?» и «Нужно ли вам позвонить?». Он выглядел отрешенным от реальности и будто не понимал, что с ним происходит.

Затем Маллин внезапно воскликнул: «Тишина!»[59] Следователи подумали, что он хочет наконец что-то сказать, но спустя несколько мгновений он снова произнес только это слово. А затем он повторял его, пока не было решено увести обвиняемого в камеру. Перед уходом он произнес еще одну фразу, которая не внесла абсолютно никакой ясности. «Вы ответственны за три миллиона убитых во время Второй мировой войны»[60]. Что он имел в виду, так и осталось загадкой. Видимо, в какой-то момент его сознание занял «Герберт-пацифист», но потом он снова замкнулся в себе.