Настоящие монстры. Путь к убийству и его последствия

Двадцать четвертого августа 1975 года у Боба Лемонса был день рождения. Вся семья: Боб, Джойс и обе их дочери – Дебра и ее восьмилетняя сестра – поужинали в ресторане. Когда они вышли, уже смеркалось. Примерно в полдевятого вечера семья довезла Дебру до дома, где она жила со своим мужем. Младшая сестра сначала должна была остаться на ночь у старшей, но в последний момент планы изменились, поэтому Дебра вышла из машины одна и прошла к своему дому.

На следующий день в доме Лемонсов раздался звонок. Звонил муж Дебры. Он сообщил, что нашел Дебру возле гаража под навесом, с пятнадцатью ножевыми ранениями.

В этот момент жизнь родителей разделилась на «до» и «после». Следующие девять лет они отчаянно штурмовали полицейский участок, чтобы полиция не забывала об их дочери. Однако дело не двигалось, сколь-нибудь значимых улик не было. И вдруг появился он – Генри Лукас. Он буднично (как и всегда), только взглянув на фото девушки, сразу признался в ее убийстве. Он даже съездил с полицейскими на место преступления и подробно показал и рассказал, где лежало тело и в каком виде он его оставил. Конечно, родители Дебры сразу оживились. Надежда на справедливость и ненависть к убийце снова захлестнули их. От тихого и отчаянного смирения они перешли к горькому праведному гневу.

Боб и Джойс немедленно отправились в Джорджтаун, чтобы увидеть убийцу. Полицейские дали им запись его допроса. Там, сидя в неуютном кабинете, чета Лемонсов услышала голос убийцы. Спустя несколько минут, когда запись подошла к концу, на лице у несчастных родителей вместо хоть какого-то облегчения или просто тихой печали отразилось возмущение.

«Это все ложь», – сказал Боб. Надежда угасла в его глазах. «Этот человек врет, – повторил Боб, – он не был в тот день в доме Дебры». Полицейские поинтересовались, что именно смутило Лемонсов, и выяснилось следующее. Лукас рассказал, что попал в дом через стеклянную дверь. Такая раздвижная дверь – часть типовой американской застройки, и очень часто именно она становится точкой проникновения злоумышленника в дом жертвы. Но только не в случае с домом Дебры Лемонс. Джойс утверждала, что тогда эта дверь была загорожена шкафом, и пройти там было невозможно. Также родители точно знали, что он не мог выйти через заднюю дверь. Но полицейские не приняли их замечания и продолжили разрабатывать Лукаса как единственного подозреваемого.

Узнав, что официальная версия не изменилась, Лемонсы отправились на телевидение, рассказали о своих сомнениях и представили факты, о которых сообщали в полиции. Но это абсолютно ничего не изменило. Тогда они решили провести собственное расследование и нашли в Мэриленде ту самую Бэтти Кроуфорд, на которой Генри женился в 1975 году. Она утверждала, что Генри был с ней в Мэриленде и никак не мог оказаться в Техасе.

Сбор остальных доказательств занял месяцы, и, когда родители вернулись в Джорджтаун, шериф уже успел о них забыть и закрыть дело. Когда Лемонсы предоставили новые материалы, шериф просто отмахнулся от них. Это рассердило Боба, и он чуть не напал на полицейского. Лемонсы были выдворены за дверь участка, а дело больше никогда не открывали.

Тайны следствия

Услышав историю Лемонсов, Хью Эйнсворт окончательно убедился в своей правоте: Лукас лжет. Причем возможно, что Баутвелл знает об этом. К февралю 1984 года было подтверждено уже сорок семь дел. Журналист отметил, что у Лукаса всегда был доступ к материалам дела, все доверяли ему. Рейнджеры делали все, чтобы Лукас чувствовал себя комфортно и продолжал говорить, но при этом будто забывали смотреть на его признания критично. Дела подтверждались, а на карте устанавливали один маркер за другим.

Эйнсворт решил ознакомиться с другими делами и проверить их на достоверность. И получилось, что он сможет доказать тот факт, что Лукас просто физически не мог совершить еще десятки преступлений.

С весны по осень 1983 года Лукас разъезжал по стране, словно известный музыкант в турне. А в мае 1984 года число подтвержденных им преступлений перевалило за сотню. После суда по делу «оранжевых носков» его не поместили в камеру смертников, а отправили в Новый Орлеан, штат Луизиана, где его ждало еще около тридцати дел. После этой поездки счетчик увеличился до ста тридцати пяти, в июле – до ста сорока восьми. Еще через месяц их было уже сто пятьдесят шесть. Более сотни раз он выезжал на места преступлений, где подробно рассказывал о деталях, которые мог знать только убийца.

В ноябре 1984 года, когда число признаний почти дошло до двухсот, в офис газеты Dallas Time Herald вошел Хью Эйнсворт. Заручившись поддержкой руководства, он вместе с репортером Джимом Хендерсоном приступил к тщательному изучению всех возможных упоминаний о Лукасе, начиная с 1975 года. Выходило так, что «бродяга» был не таким уж и бродягой. Он официально работал, лечился, платил штрафы, регистрировал пособия. Все это было где-то записано, и при должной сноровке ко всему этому можно было получить доступ.