Национальная идея и адмирал Колчак

Рабочий вопрос не играл для Сибири такую роль, как для Европейской России, по причине ее относительной промышленной отсталости и малочисленности рабочего класса. Поначалу после Февраля основные тезисы кадетской партийной программы в этом вопросе оставались прежними: «Свобода рабочих союзов и собраний. Право стачек. Распространение рабочего законодательства и инспекции труда на все виды наемного труда. Введение… 8-часового рабочего дня. Учреждение примирительных камер. Обязательное… страхование от болезни, несчастных случаев и профессиональных заболеваний с отнесением издержек на счет предпринимателей. Государственное страхование на случай старости».^[333] При этом мартовский VII съезд партии подтвердил оговорку о том, что 8-часовой рабочий день допустим лишь «там, где это возможно по условиям производства» – во всяком случае, до Учредительного собрания.^[334] Прежде всего эта оговорка объяснялась условиями военного времени. Кадеты протестовали против самовольного, без согласования с правительством и с предпринимателями, введения 8-часового рабочего дня по постановлениям местных Советов, как это делалось в Омске и Красноярске. «Правильное решение рабочего вопроса, – писала красноярская кадетская «Свободная Сибирь», – должно идти путем социального законодательства, а не путем насильственным, который неминуемо приведет страну к полному экономическому краху».^[335]

Вместе с тем, в предложениях кадетов не хватало конкретики. Главный выход из экономического кризиса они видели в преодолении «классового эгоизма» и укреплении правительственной власти. «Отказ рабочих от чрезмерных требований в повышении заработной платы и подчинение промышленников общественному контролю – вот два кита, на которых возможно удержать нас от дальнейшей разрухи», – писала «Сибирская речь».^[336] Для борьбы с кризисом кадеты предлагали ограничиться более энергичным привлечением биржевых комитетов и иностранных капиталов, выступая за урегулирование рабочего вопроса без национализации. Особое место они уделяли подготовке технических специалистов и развитию технического образования.^[337]

Анализируя причины растущей безработицы, представлявшей парадокс в условиях войны, кадеты отмечали: «Безработица в настоящее время вызывается не недостаточностью общего спроса на рабочие руки…, а непропорциональным распределением рабочих рук между отдельными отраслями труда». Отсюда делался вывод: следует облегчить процесс перелива рабочей силы между отраслями, и эту задачу, по мнению кадетов, должны были решать профсоюзы и биржи труда.

В той же статье приводилось прозорливое замечание выдающегося экономиста М. И. Туган-Барановского о том, что современная безработица «есть ничто в сравнении с той всеобщей безработицей», которая наступит после войны в процессе демобилизации армии и конверсии военной промышленности. В связи с изложенным предлагалось не ждать, «когда десятки тысяч безработных будут ходить процессиями с черными флагами по улицам наших городов», а готовиться к этому заранее, а именно: разработать предварительный план организации государством и муниципальными органами общественных работ.^[338]

Летом и осенью 1917 г., в условиях прогрессирующего кризиса, рабочий вопрос в России и Сибири обострился. Подстрекаемые большевиками рабочие предъявляли к хозяевам предприятий все более широкие требования. Число стачек в Сибири возросло с 13 в июле—августе до 23 в сентябре—октябре.^[339] В ответ на это администрация Судженских копей и золотых приисков Южно-Енисейской тайги прибегла к локаутам. Рабочие не подчинились и самовольно захватили предприятия. Кадеты осуждали подобные методы борьбы за свои права, выступали за примирительные камеры между предпринимателями и рабочими. К тому же, подобные захваты приводили лишь к тому, что другие предприятия и банки стали отказывать в кредитах тем предприятиям, на которых был установлен «рабочий контроль» (АО «Абакан», рудник «Юлия», прииски Мариинской и Южно-Енисейской тайги и др.).^[340]

Как видим, основной сдвиг вправо в умонастроениях сибирских кадетов по социально-экономическим проблемам произошел в связи с аграрным вопросом. Это выразилось, во-первых, в переносе акцента с отчуждения помещичьих земель (не отказываясь от него) на развитие агрикультуры, и, во-вторых, в начавшейся переоценке столыпинской аграрной политики и поддержке частного землевладения крестьян, против которого сибирские кадеты выступали до революции. Это был несомненный сдвиг в сторону классических принципов либерализма в экономике – правда, не вполне своевременный. Вместе с тем, аргументы кадетов были вполне прагматичными. Что касается рабочего вопроса, то до Октября он не получил развития в их программе.

Глава 5. Тактические зигзаги